Непосредственно перед тем как войти в пламя, я набрал полную грудь воздуха, но воздух оказался острым и кислым. Я рефлекторно закашлялся и снова глотнул обжигающего воздуха, входя в огонь. Я почувствовал резкий холод тумана в районе щиколоток, а потом меня окутало пламенем. Я бежал, кашляя, задыхаясь, вновь и вновь глотая ядовитый воздух. Голова кружилась, во рту появился аммиачный привкус. Какая-то отстраненная, рациональная часть моего сознания подумала: «Ну правильно, чтобы оно было летучим».
И все.
Когда я очнулся, первым делом в голову мне пришло совсем не то, что вы могли бы подумать. Но, с другой стороны, не так уж это и удивительно, если вы вспомните себя в молодости.
– Сколько времени?! – вскинулся я.
– Первый колокол после полудня, – ответил женский голос. – Только не вздумай вставать!
Я бессильно рухнул на кровать. Час назад я должен был встретиться с Денной в «Эолиане»…
Глубоко несчастный, с кислым, тянущим ощущением под ложечкой, я огляделся по сторонам. Отчетливый антисептический привкус воздуха говорил о том, что я где-то в медике. Койка говорила о том же: достаточно удобная, чтобы на ней спать, но не настолько удобная, чтобы на ней захотелось разлеживаться.
Повернув голову, я увидел знакомые ярко-зеленые глаза, обрамленные коротко стриженными светлыми волосами.
– А-а! – я успокоился и опустил голову на подушку. – Привет, Мола!
Мола стояла у одного из высоких столов, тянущихся вдоль стен палаты. Традиционная темная одежда работающих в медике заставляла ее бледное лицо казаться еще бледнее.
– Привет, Квоут, – ответила она, не переставая заполнять отчет о ходе лечения.
– Я слышал, тебя наконец повысили до эль-те? – сказал я. – Поздравляю! Все знают, что ты уже давно этого заслуживала.
Она подняла глаза, бледные губы слегка растянулись в улыбке:
– Я смотрю, твоим золотым устам пламя не повредило. – Она положила перо. – А в остальном ты как себя чувствуешь?
– Ну, ноги не болят, но онемели, так что, по-видимому, я их обжег, но вы с этим уже что-то сделали. – Я приподнял покрывало, заглянул под него, потом аккуратно опустил его на место.
– Ну, и кроме того, я чувствую себя совершенно раздетым.
Тут я ощутил прилив паники:
– А Фела как? С ней все в порядке?
Мола серьезно кивнула и подошла поближе к кровати.
– У нее пара ушибов, после того как ты ее уронил, и лодыжки слегка обожжены. Однако она отделалась куда легче твоего.
– А все остальные, кто был в фактной?
– На удивление хорошо, с учетом обстоятельств. Несколько термических и химических ожогов. Один случай отравления металлом, но не особо серьезный. Обычно при пожаре наибольший вред причиняет дым, но от той штуки, что там у вас горела, дыма, похоже, не было.
– Там было нечто вроде паров аммиака. – Я сделал на пробу несколько глубоких вдохов. – Однако легкие у меня, похоже, не обожжены, – с облегчением сообщил я. – Я успел сделать примерно три вдоха, прежде чем потерял сознание.
Тут в дверь постучали, и в щель просунулась голова Сима.
– Ты там не голый?
– В целом голый, – сказал я. – Но все опасные части прикрыты.
Вслед за Симом вошел Вилем. Ему явно было не по себе.
– Ну, ты уже не такой красный, как был, – сказал он. – Думаю, это хороший знак.
– Ноги у него поболят некоторое время, но до свадьбы заживет, – сказала Мола.
– Я тебе другую одежду принес, – радостно сообщил Сим. – А то та, в которой ты был, вся сгорела.
– Надеюсь, ты сумел выбрать что-то подходящее из моего обширного гардероба? – сухо поинтересовался я, чтобы скрыть свое смущение.
Сим только плечами пожал:
– Башмаков твоих так и не нашли, но другую пару у тебя в номере я отыскать не сумел.
– У меня нет другой пары, – ответил я, забирая у Сима вещи. – Ничего. Похожу босиком, не впервой.
Итак, это небольшое приключение не причинило серьезного вреда моему здоровью. Однако же прямо сейчас у меня болело все тело, с ног до головы. Руки и шея у меня обгорели, а на щиколотках остались небольшие химические ожоги после того, как мне пришлось идти вброд через огненный туман.
И все-таки, невзирая на все это, я, хромая, преодолел три мили до Имре, надеясь, вопреки всему, что Денна меня все еще ждет.
Пока я брел через двор ко входу в «Эолиан», Деох задумчиво меня изучал. Он подчеркнуто смерил меня взглядом.
– Господи, парень, ну и видок у тебя! Будто с лошади упал. А башмаки ты куда подевал?