– В другое время я был бы как нельзя более рад помочь тебе, лудильщик, – ответил я. – Но мне нужно как можно быстрее попасть в Требон.
– Ну, это дело нехитрое. – Он кивнул в сторону холма к северу от нас. – До него всего-навсего полмили. Если бы ветер дул на юг, ты бы уже почуял запах дыма.
Я посмотрел туда, куда он указывал, и увидел за холмом дым из труб. Я испытал огромное облегчение. Я все-таки добрался, а время всего-то час пополудни.
Лудильщик продолжал:
– А мне надо попасть на Ивсдаунскую пристань, – он кивнул на восток. – Я договорился с кораблем, что идет вниз по реке, и мне очень не хотелось бы опоздать. – Он бросил многозначительный взгляд на моего коня. – Но мне понадобится новое вьючное животное, чтобы довезти мои пожитки.
Похоже, удача наконец-то обернулась ко мне лицом. Селхан был отличный конь, но теперь, когда я уже в Требоне, он будет лишь постоянным источником расходов, а средства у меня и без того скудные…
Однако же никогда не стоит давать понять, что тебе не терпится что-то продать.
– Ну, этот конь слишком хорош, чтобы использовать его как вьючную скотину! – ответил я, хлопая Кет-Селхана по шее. – Это чистокровный гершаэн, и надо тебе сказать, что лучшего скакуна я в жизни не видел.
Лудильщик смерил его скептическим взглядом:
– Да в нем же еле душа держится, – сказал он. – Ему и мили не пройти.
Я спрыгнул на землю и слегка пошатнулся – онемевшие ноги чуть было не подломились подо мной.
– Отдай ему должное, лудильщик. Он за сегодняшний день примчался сюда из самого Имре.
Лудильщик хмыкнул.
– Враль ты хороший, парень, да все же не завирайся! Если наживка чересчур велика, рыбка не клюнет.
Мне даже не пришлось делать вид, что я пришел в ужас.
– Прошу прощения, я не представился как следует! – Я протянул ему руку.
– Мое имя Квоут, я бродячий актер из эдема руэ. И даже в самый черный день я не стал бы врать лудильщику.
Лудильщик пожал мне руку.
– Ну что ж, – ответил он несколько смущенно, – приношу свои искренние извинения тебе и твоей семье. Нечасто приходится видеть кого-то из ваших в дороге одного.
Он смерил коня критическим взглядом:
– Из самого Имре, говоришь?
Я кивнул.
– Это сколько ж будет, почти шестьдесят миль? Ничего себе поездочка… – Он взглянул на меня и понимающе ухмыльнулся. – Как твои ноги?
Я улыбнулся в ответ:
– Ну, скажем так: я буду только рад снова очутиться на своих двоих. Он, пожалуй, десять миль еще проскачет. А вот о себе я того же сказать не могу.
Лудильщик еще раз окинул коня взглядом и шумно вздохнул.
– Ну, как я уже говорил, положение у меня безвыходное. Сколько же ты за него просишь?
– Ну как, – сказал я. – Кет-Селхан – чистокровный гершаэн, и масть у него красивая, согласись. Сплошь вороной, от носа до хвоста. Ни единого белого волоска…
Лудильщик разразился хохотом.
– Беру свои слова обратно! – сказал он. – Врать ты не умеешь совершенно.
– Не вижу ничего смешного! – несколько сухо ответил я.
Лудильщик посмотрел на меня странно.
– Ни единого белого волоска, говоришь? – он кивнул на задние ноги Селхана. – Если это называется «сплошь вороной», то я Орен Велсайтер!
Я обернулся и увидел, что на левой задней ноге у Кет-Селхана – отчетливый белый носок, доходящий чуть ли не до самого скакательного сустава. Ошеломленный, я подошел поближе и наклонился посмотреть. Носок был не чисто-белый, а грязно-серый. От лошади слабо пахло водой того ручья, который мы несколько раз переходили на последнем отрезке путешествия. Растворители!
– Вот же чертов шим! – сказал я, не веря своим глазам. – Крашеную лошадь мне продал!
– А что, кличка его тебе ни о чем не говорит? – хмыкнул лудильщик. – «Кет-Селхан»? Господи, парень, кто-то над тобой изрядно подшутил!
– Его имя значит «сумрак», – возразил я.
Лудильщик покачал головой:
– Подзабыл ты сиарский-то. «Сумрак» будет «кет-селем», «первая ночь». А «селхан» значит «носок». Его имя означает «один носок».
Я вспомнил реакцию барышника на выбранное мной имя для лошади. Неудивительно, что дядька выглядел таким ошарашенным! И неудивительно, что он так быстро и охотно сбавил цену. Он решил, будто я разгадал его секретик!
Лудильщик, видя, какое у меня сделалось лицо, расхохотался и хлопнул меня по спине:
– Да не парься ты так! Такое время от времени случается даже с лучшими из нас.
Он отвернулся и принялся рыться в своих узлах.
– По-моему, у меня есть кое-что, что тебе понравится. Разреши предложить тебе сделку.