– И как ты думаешь, что это такое? – спросил я.
– Я почти уверена, что все железные рудники к западу отсюда, – задумчиво произнесла Денна. – Так что это не оно…
Снова полыхнуло. Вспышка виднелась где-то за утесами, а это означало, что если там огонь, то огонь большой. По крайней мере в несколько раз больше нашего костерка.
– Ты говорила, у твоего покровителя есть способ подавать тебе знаки, – медленно произнес я. – Не хотелось бы показаться навязчивым, но это не…
– Нет. Синий огонь тут ни при чем, – сказала она и негромко хмыкнула, заметив, как я сконфужен. – И вообще, это было бы чересчур сурово, даже для него.
Мы подождали еще некоторое время, но вспышек больше не было. Я взял ветку толщиной с мой большой палец, переломил ее пополам и камнем вколотил обе половинки в землю, как колышки для палатки. Денна вопросительно вскинула бровь.
– Они указывают в ту сторону, где мы видели вспышки, – объяснил я. – В темноте никаких ориентиров не видно, а утром они нам укажут, в какой стороне это было.
Мы снова уселись к костру, я подбросил дров в огонь – в небо, мигая, взметнулись искорки.
– Пожалуй, одному из нас стоит остаться сторожить костер, – сказал я. – Мало ли, вдруг кто появится.
– Ну, я обычно все равно по ночам просыпаюсь, – сказала Денна. – Так что это не проблема.
– Тебе плохо спится?
– Мне сны снятся, – сказала она таким тоном, что сделалось ясно: больше она на эту тему ничего говорить не собирается.
Я нащупал бурашник, приставший к подолу плаща, отцепил его и бросил в огонь.
– По-моему, я знаю, что случилось на хуторе Маутенов.
Она насторожила уши:
– Ну-ка, ну-ка?
– Весь вопрос в следующем: почему чандрианы напали именно в этом месте, именно в это время?
– Потому что свадьба, ясно же.
– Но почему именно на эту свадьбу? Именно в эту ночь?
– Почему бы тебе просто не сказать, что ты думаешь? – спросила Денна, потирая лоб. – Не пытайся подвести меня к какому-то внезапному озарению, как будто ты мой учитель.
Я снова вспыхнул от смущения:
– Извини.
– Не извиняйся. В другое время я бы с удовольствием поразгадывала твои загадки, но сегодня у меня был трудный день, и голова болит. Просто перейди сразу к выводам.
– Дело в какой-то вещи, которую Маутен нашел, раскапывая старую горную крепость ради камня. Он что-то такое откопал в развалинах и несколько месяцев распускал об этом слухи. И чандрианы прослышали об этом и явились, чтобы украсть эту вещь! – торжественно закончил я.
Денна нахмурилась:
– Что-то не сходится. Если им просто была нужна эта вещь, они могли бы дождаться конца свадьбы и просто убить молодоженов. Так куда проще.
Я несколько сник:
– Да, ты права…
– Все выглядело бы куда логичнее, если бы на самом деле им было нужно избавиться от всех, кто знал об этой вещи. Как старый король Селон, когда он думал, что его регент собирается уличить его в предательстве. Он убил всю его семью и поместье сжег, чтобы удостовериться, что никакие слухи не просочились наружу и никаких доказательств никто не найдет.
Денна кивнула на юг.
– Поскольку все, кто знал эту тайну, должны были быть на свадьбе, чандрианы могли прийти, убить всех, кто хоть что-нибудь знал, и уничтожить либо похитить саму эту вещь, что бы это ни было.
Она взмахнула рукой.
– И все чисто!
Я был ошеломлен. Не столько тем, что сказала Денна, – хотя это, конечно, было лучше моих собственных догадок. Я вспомнил, что произошло с моей труппой. «Чьи-то родители пели песни, которых петь не следует!» Но мало того что они убили моих родителей – они убили всех, кто был достаточно близко, чтобы услышать хотя бы отрывок песни.
Денна закуталась в мое одеяло и свернулась клубочком, спиной к костру.
– Предоставляю тебе поразмыслить над моей несравненной мудростью, а я пока посплю. Разбуди меня, когда тебе понадобится еще до чего-нибудь додуматься.
Не уснул я в основном благодаря усилию воли. У меня был долгий, утомительный день, я проехал верхом шестьдесят миль и отшагал еще полдюжины. Но Денна была ранена и больше моего нуждалась в сне. Кроме того, мне хотелось посмотреть, не вспыхнет ли снова на севере синий огонь.
Синего огня не было. Я подкидывал дрова в костер и рассеянно гадал, встревожены ли Вил и Сим моим внезапным исчезновением из универа. А что Арвил, Элкса Дал, Килвин? Не станут ли они теряться в догадках, что со мной случилось? Надо было записку оставить…
Следить за временем у меня возможности не было: звезды по-прежнему были затянуты тучами. Однако я успел раз шесть или семь подкинуть дров в костер, как вдруг увидел, что Денна напряглась и внезапно пробудилась. Она не вскинулась, не вскочила, но ее ровное дыхание затихло, и я увидел, как ее темные глаза дико мечутся из стороны в сторону, будто она не понимает, где находится.