— Ты не понимаешь! Все самое полезное — белок, мука, крахмал, мел. Супермаска! — В голосе Риммы звучал восторг.
— И не жаль переводить продукты, — вздохнула Роза.
В двух комнатах Риммы царил страшный беспорядок. Вещи были вывалены из шкафа прямо на пол. На диване возвышались коробки с обувью, на столе — гора немытой посуды.
Газеты на полу и груда баночек и флаконов на подоконнике завершали картину разгрома.
— Ты хоть когда-нибудь здесь убираешь? — поморщилась Роза, которая просто не понимала творческой натуры подруги. Римма и порядок были вещами абсолютно несовместимыми. И в глубине души Роза подозревала, что именно эта неряшливость Риммы отталкивала от нее многочисленных мужей.
Римма, однако, абсолютно не обращала внимания на ворчание Розы. Напевая, она носилась по комнате и рылась в груде вещей.
— Посмотри только! — нырнув в шкаф, Римма принялась копаться в ящиках, а потом выплыла наружу, держа в руках что-то черное, невесомое и кружевное. — Комплект немецкого белья! Всего только раз надела. Посмотри, какая красота!
Белье было изумительным. Тонкое, как паутинка, оно помещалось в кулаке. В комплект входил еще и пояс с чулками — все такое изящное и красивое, что Роза почувствовала укол зависти.
— Стоит целое состояние! — Римма с удовольствием наблюдала за реакцией подруги. — Думаю сегодня надеть.
— Сегодня? — переспросила Роза.
— Ну да! Ох, ты не поверишь… Сегодня мне так повезло, — и, скинув на пол груду коробок с обувью, Римма освободила часть дивана, на которую плюхнулась сама, а затем уже села и Роза, уже опасавшаяся, что в этой барахолке придется стоять.
— В чем повезло? — насторожилась Роза.
— Меня пригласили на вечеринку! И это работа, понимаешь? Мне заплатят за то, что я покрасуюсь в хорошем нижнем белье!
— Римма! — ахнула Роза. — Ты что, совсем с ума сошла?
— Ой, не надо строить из себя ханжу! Ты же знаешь, что я актриса, и актриса характерная. Так вот. Группа богатой творческой богемы устраивает в катакомбах закрытую вечеринку а-ля мадам Монтеспан.
— Кто? — не поняла Роза.
— Ну, любовница французского короля Людовика XIV, мадам де Монтеспан. Она увлекалась черными мессами. И эта вечеринка будет в стиле черной мессы. Я буду изображать полуголую красотку, которая в нижнем белье возлежит на сатанинском алтаре. Ну, типа закрытая черная месса.
— Римма, это же жуть какая-то! — Роза почувствовала леденящий ужас, причем сама не могла его объяснить. — А если кто-то узнает о таком?
— Пусть узнают. Мне-то что? — Римма беспечно пожала плечами. — Я же не замужем. Да и всем плевать! Кому какое дело? Сейчас за это не арестовывают. И в КГБ закрывают глаза на развлечения богатых извращенцев. Тем более, там будут и все важные партийные шишки, и деточки этих важных партийных бонз. Так что КГБ не лезет. В общем, те будут развлекаться, а мне заплатят целое состояние.
— А если тебе причинят какой-то вред?
— Нет, я у них уже выступала. В белом прозрачном балахоне. Они на всю голову чокнутые, но не опасные. Впрочем, эти будут немножко другие, чем те, с балахоном. Но тоже не опасные.
— Кто устроил тебе эту гадость? — нахмурилась Роза. — Этот твой литературный урод?
— Ну да. И совсем он не урод! А очень даже молодец, что мне предложил. Они любую могли позвать, за такие деньги! А получу их я. Он входит в круг таких странных творческих людей, которые любят нестандартные развлечения. И организует им вечеринки. Кстати, твой Анатолий тоже на них ходил. Его там видели…
— Мерзость какая! Не хочу слушать! — Роза чуть повысила голос. — Ты мне лучше скажи, зачем тебе срочно деньги? Ты опять что-то заложила?
— Ну… да. Мне реально не хватало! Кольцо бабушки отнесла в ломбард, а срок уже подходит. И надо выкупать. Деньги нужны.
— Пусть бы лучше этот твой урод денег тебе дал, чем в такое макать! — искренне рассердилась Роза.
— Ты же знаешь, нет у него денег. Да и жадный он, как черт. Тут пойду, хоть заработаю. Уже хорошо, что заработать мне даст.
— Это мерзость, подставлять тебя под такое! — Роза сердилась не на шутку и уже не выбирала выражений. — Ты хоть сама понимаешь, что это мерзость?
— Да перестань! Не будь ханжой. На дворе XX век! Вон человек в космос полетел. А ты от голой женщины шарахаешься! — Внезапно Римма задорно рассмеялась: — Знаешь, на западе для мужчин такое развлечение есть, стриптиз называется. Это когда в зале сидят мужчины и смотрят, как на сцене женщина раздевается догола! Совсем!
— Что, голых баб не видели? — фыркнула Роза.
— Ты не понимаешь! Она же красиво это делает, под музыку. Типа искусство!