— Нет, никаких воздействий магических не было, — устало ответил лекарь.
— Вы уверены?
— Один, старик из южных районов, упал, когда переносил глину и повредил о камень голову, после чего впал в кому. Второй, точнее вторая, девушка, была бита собственным мужем, после чего так же впала в глухую кому. Как видите, никаких воздействий, всё имеет бытовые причины. А теперь, с вашего позволения, мне надо идти, мало времени, ещё надо приготовить выжимки.
— А где произошли эти случаи? — не унимался маг, не обращая внимания на последнюю фразу собеседника, явно желающего поскорее выпроводить гостя.
— Один, со стариком, в южном регионе, в глухой деревне, второй, с девушкой, на востоке Провинции.
— Никакой связи, — вслух начал рассуждать Фэй Фо. — И через сколько же излечились эти люди?
— Старик не излечился, умер через тридцать дней. Девушка пришла в сознание через полгода, но повредилась умом, едва ли могла донести рис до рта, не говоря уже о других, более сложных заданиях.
— Вот значит как! — вскинул брови Фэй Фо и задумался. — И что же вы делаете, чтобы не повторить таких же результатов?
— Делаем всё возможное, — сквозь зубы проговорил Хэо. — Но могли бы делать и больше, если бы вы меня не отвлекали своей болтовнёй!
— Болтовня может пойти среди простых людей, господин Хэо, если вы не вылечите Фанга. И эта болтовня ничего хорошего вам не сулит.
— О чем это вы? — насторожился Хэо. — Вы мне угрожаете?
— Ну что вы! Конечно же нет. Только предупреждаю.
— Я делаю всё возможное! — сорвался Хэо. — И вам советую этим же заняться! Ведь та воронка к медицине никакого отношения не имеет, насколько я понимаю, это уже по вашей части.
— Верно, по моей. И, поверьте мне, я докопаюсь до истины и узнаю чьих это рук дело.
— Охотно верю. А теперь прошу простить меня, мне надо идти.
Лекарь дёрнул подолом халата и быстрым шагом направился прочь из приёмных покоев, оставляя Фэй Фо наедине со своими мыслями.
«Смерть и сумасшествие, — подумал маг, глядя на сгустившиеся в углах комнаты тени. — Выбор не самый лучший».
И вдруг развеселился. Не смог сдержать смеха и звонко рассмеялся. Когда дошёл до своей кровати, план действий уже полностью сформировался в его голове.
Ночь Фэй Фо спал как младенец, впервые за множество лет.
Глава 5
Взгляд в черноту
Пыльный свет, пробивавшийся из окошка камеры, стал медленно меркнуть. Заметно похолодало. Узник долго смотрел, как последние остатки дневного света покидают комнату, потом сел на грубо сколоченные нары, подтянул ноги и положив голову на колени уставился в одну точку.
Было странное состояние — грусть вперемежку с растерянностью. А ещё страх и смятение. Парень не знал, что делать дальше из-за проклятой потери памяти. Знать бы кто он — пусть даже и вражеский лазутчик, как намекает этот мерзкий Фэй Фо, — тогда парень смог бы выбрать дальнейшую тактику для разговора. А так… он даже имени своего не помнит.
В углу раздался писк крыса.
— Скучаешь? — Булька высунул нос из норки, принюхался, а потом показался и весь.
— Скучаю, — кивнул мальчик.
— Ну и гадкий же тип этот Фэй Фо! — зашипел крыс, злобно косясь на запертую дверь.
— Булька, что со мной теперь будет?
— Не знаю, — ответил грызун и опустил взгляд. — Чует моё сердце, что ничего хорошего ждать не стоит.
Мальчик пристально посмотрел на грызуна, потом произнёс:
— Спасибо, что правду говоришь, а не пытаешься приободрить ложной надеждой.
— Хотелось бы мне, мой юный друг, тебе что-нибудь хорошее сказать, да вот не знаю что. А хочешь, песенку спою?
— Песенку? — рассмеялся узник.
— А что? Я могу!
И крыс, встав на задние, начал пищать, пытаясь вывести незатейливую мелодию.
Это развеселило мальчика. Не сдержавшись, он рассмеялся и стал хлопать в такт.
— Тихо там! — прикрикнул охранник из-за двери.
Мальчик испуганно глянул на Бульку — успел ли тот спрятаться? — но страж даже не глянул в смотровое окно.
— Смешно ему! Спать людям не мешай!
— Ну, как тебе песенка? — спросил запыхавшийся грызун.
— Здорово! Только я ни слова не понял!
— Верно. Там на древнем крысином языке пелось. Про то, что не надо отчаиваться даже в самой, казалось бы, безнадёжной ситуации, ведь на каждую драную злую кошку найдётся пара въедливых блох.
Булька забрался на краешек кровати и присел рядом с мальчиком.
— Послушай, я вот что думаю. Без имени тебе нельзя! Никак нельзя. Конечно, у тебя есть какое-то настоящее имя, но ведь мы же его не знаем — не ты, ни я. А как-то обращаться к тебе нужно, верно?