"Дима," – представился он, протягивая мне книгу.
"Ангелина," – ответила я, принимая книгу.
Мы стояли так несколько секунд, просто глядя друг на друга. Библиотечная тишина вокруг нас, казалось, стала еще более ощутимой, а мир за пределами этого момента перестал существовать..
Я спросила:
-Ты тоже ищешь здесь что-то особенное?
Он ответил:
-Да, я ищу здесь одно старое издание по готовке. Хочу научиться готовить. А ты что ищешь?
-Это славно! Готовить - это хорошо. А я ищу редкое издание по истории искусства.
-Ухты! Это должно быть интересно.
Я попросила у него номер телефона и он мне не отказал.
Мы бродили по узким проходам, перебирая корешки книг, и разговаривали обо всем на свете: о любимых авторах, о путешествиях, о мечтах.
Время пролетело незаметно. Когда я наконец нашла нужную книгу, солнце уже клонилось к закату, окрашивая библиотеку в теплые золотистые тона.
Вечер пятницы. Я, Ангелина, решила провести его в уютном баре, где играл приятный джаз и подавали мои любимые коктейли. Заказав "Негрони", я устроилась за столиком у окна, наблюдая за прохожими. Атмосфера была расслабляющей, и я уже начала погружаться в свои мысли, когда мой взгляд упал на Диму, сидящего за соседним столиком.
"Можно присесть?" – спросил он, указывая на свободный стул напротив меня.
"Конечно," – ответила я, чувствуя, как мое сердце начинает биться быстрее.
Оказалось, что у нас много общих интересов: мы оба любили старые фильмы, путешествия и хорошую музыку. Время пролетело незаметно. Мы смеялись, делились историями и просто наслаждались обществом друг друга.
Когда бар начал пустеть, Дима предложил проводить меня домой. Я согласилась. По дороге мы продолжали болтать, и я чувствовала, что между нами возникла какая-то особая связь. У моей двери он остановился и, взяв мою руку, сказал: "Мне было очень приятно провести этот вечер с тобой, Ангелина. Надеюсь, мы увидимся снова."
"Я тоже надеюсь," – ответила я, чувствуя, как краснеют мои щеки.
Он улыбнулся, наклонился и легко поцеловал меня в щеку. Затем он ушел, оставив меня на пороге с легким головокружением и предвкушением чего-то нового. Тот вечер в баре стал началом чего-то особенного, и я с нетерпением ждала нашей следующей встречи.
Димочка
Мой день начался не очень хорошо. Я попытался приготовить себе завтрак, но моя яичница подгорела и пришлось завтракать лапшой быстрого приготовления.
Видимо, мои кулинарные таланты сегодня решили взять выходной. Потом я попытался заварить себе кофе, но промахнулся мимо чашки и залил весь стол. Теперь я не только голодный, но и липкий, и с запахом растворимого куриного бульона.
Дальше – больше: ключи от квартиры остались на кухонном столе, а дверь захлопнулась. Пришлось вызывать мастера, который, конечно же, приехал не сразу.
Затем я обнаружил, что забыл взять с собой зонт, хотя небо было затянуто тучами, как будто кто-то разлил чернила на небесный холст. В итоге, я промок до нитки, прежде чем успел дойти до остановки, и теперь сижу на работе, благоухая ароматом мокрой псины и растворимой курицы.
После работы я отмылся и пошёл в библиотеку за новой книгой про готовку. Мда, мне явно стоило научиться готовить. Постоянно питаться лапшой быстрого приготовления - точно не вариант.
Мой желудок уже начал подавать сигналы бедствия, а мои кулинарные навыки ограничивались умением кипятить воду. Надеюсь, там найдется что-то для абсолютных новичков, а не для тех, кто уже знает, как отличить базилик от петрушки.
Я уже представлял себе аромат свежеиспеченного хлеба и сочного рагу, а не этот вечный запах пластика и глутамата натрия. Может, найду что-нибудь про быстрые, но вкусные ужины, чтобы не пришлось снова заказывать пиццу в два часа ночи.
Я, Дима, всегда считал библиотеку своим убежищем. Не просто местом, где можно найти нужную книгу, а настоящим оазисом тишины и покоя в шумном городе. Я любил этот запах старой бумаги, приглушенный шелест страниц.
Именно там, склонившись над массивным томом истории искусств, я ее и увидел. Та самая флористка.
Она была полностью поглощена чтением, и ее брови слегка нахмурились, словно она пыталась разгадать какую-то тайну. На ее пальцах, тонких и изящных, я заметил легкие следы земли, а в воздухе, казалось, витал едва уловимый, но такой приятный аромат – смесь свежести и чего-то сладкого, цветочного.