Я огибала белый карлик по самой лучшей траектории, придумывала историю для продолжения тимбилдинга и слушала подсказки «Сегоки». Белый карлик оставался в стороне, подсказки были дельными, а вот моя история — нет. Что я, и вправду буду им там байки рассказывать? Вон, Майя себе выпросила интимность, я тоже так хочу.
В очередной раз едва не порвав себе рот зевком, я улеглась на ложемент.
Со всех экранов смотрел пустой мир. Справа разгоралась яркая точка Фурриахша, который мы должны оставить в трех петаметрах к востоку. Всего один синий гигант — и все. Мы шли по самому краю третьего рукава Млечного Пути, здесь было много черного цвета, целое кладбище звездной депрессии.
Я вглядывалась в черноту и думала совсем не о том. Скрытный и непонятный Синдзи, еще более скрытная и непонятная Аянами, подозрительная Ибуки. Команда просто-таки на зависть, и нам всем надо работать вместе. Значит, нужна цель. Лечение Аянами не пойдет: ее стабилизируют. Докторша не зря икала, бегала, лазала в компьютерах и пообещала минимум два часа в сутки. Дескать, дальше видно будет.
Восстановив в памяти почти счастливую улыбку обормота, я хмыкнула и снова нырнула в межзвездные чернила.
Сделки и провоз редких товаров? Хорошая мысль, но вне корпораций нас скоро прихлопнут, невзирая на всю замечательность ходовых качеств. Тупо массой задавят талантливого одиночку. Я улыбалась черноте, представляя, как мы заявляемся записываться в торговую или военную корпу. Получалось смешно.
Что у нас еще? Свободные наймы по окраинам, в самой жопе фронтира. Вот это — то, что надо. Максимальные риски, минимальная толчея локтями, потому что брать заказы в малоизученный космос никто не хочет, а желающих раздобыть редкую дрянь всегда навалом, у некоторых и деньги немалые.
Я забросила руки за голову, и натруженные мышцы заныли, напоминая, что в гребаном штурмовике все было на ручном управлении. Это пока даже приятно. Вот после сна будет гадко, а сейчас — сладкая тянущая боль, которая всячески намекает, что мышцы у меня есть. Еще были места ударов нейрошокера, но о таком дерьме я думать не желала.
Итак. Черная археология, ксеноартефакты, спасение дебилов, которые пропали «где-то вот там, между этой и этой задницами»… Увлекательно и денежно.
— А-аска?
«А, поговорил уже».
Я запрокинула голову: Синдзи вешал на место дугу связи и устраивался у консолей — там, где обычно сижу я.
— Умгу. Тебе чего? Не все гадости наговорил? Или еще какой секрет от меня скрыть хочешь?
— Н-нет. Ты это, — буркнул обормот, отводя глаза, — извини, п-пожалуйста. Нам надо учиться лучше друг друга п-понимать. Н-надо было придумать, как н-намекнуть тебе.
«Ох, да ладно».
— Ммм, погоди, это что, твоя совесть сейчас на связь выходила? Извиниться велела?
— Аска…
Я поскребла щеку и села на ложементе. Неожиданный поворот событий, я уж точно шаг навстречу не сделала бы.
— Ну… Ладно. Дальше-то что?
Синдзи посмотрел на меня исподлобья, явно прикидывая что-то, а потом сел рядом. Душ обормот не принял. Как и я, кстати.
— Что ты д-думаешь насчет Майи?
О как. Таки решил поинтересоваться.
— А что тут думать? Это твоя Аянами что-то о ней знает, не я. Как по мне, Ибуки не врала, она хочет в бездны космоса вместе с нами.
Синдзи кивнул и потер себе переносицу:
— П-понятно. Слушай, есть дело. Д-давай забьем новые координаты и пойдем п-продолжим разговор?
— Ого, как сразу. Что за координаты?
— Неподалеку п-пропал судовой сигнал. Вольный купец с FG36 дает т-тройную скидку за информацию о корабле.
FG36… А, да. Хороший мир, там всегда можно найти отличные военные вещи: скафандры, оружие, энерговставки, патроны. Там есть, на что потратиться исследователю глубин. Но есть пара вопросов.
— Откуда информация?
— Из «Службы з-занятости».
Я присвистнула. Обормот купил пароли доступа к элитной фронтирской сети, куда бросали сигналы вольные агенты, независимые от корпораций. Там редко попадалось что-то близкое, но там не было кидал, а этим не каждая корпорация может хвастнуть. И оплата услуг такая, что — ого.
— Гони данные курса. Мы, надеюсь, ближайшие?
— Б-более того. Мы сейчас здесь одни.
Дело — это неплохо: вот и проверим новую команду на прочность. Попутно ставим плюс в противоречивое личное дело нашего капитана. Или не плюс? Да, точно, еще один вопросительный знак.