— Это все, что у нас есть.
— Ты уверен?
— Убежден. У меня две рубашки, и обе коричневые, одну носишь ты, другую я.
— Хмм… — произнес он, внимательно изучая меня. — Может, я лучше выглядел бы в светло коричневом… а, ладно, мы можем обсудить этот вопрос позже.
Его внимание к своей внешности вызывало у меня любопытство. Я хочу сказать, ведь он не мог планировать встретиться с кем-нибудь. Вид зеленого чешуйчатого демона расстроил бы любого из местных, что бы он ни надел. Однако, я считал, что в настоящее время лучше всего помалкивать и подыгрывать ему в его стараниях.
На самом-то деле одежда подошла ему довольно неплохо. Из-за его длинных рук рубашка была ему коротковата в рукавах, но не слишком, так как я превосходил его ростом, и это сглаживало большую часть разницы. Нам пришлось немного подрезать штанины для прикрытия его более коротких, чем у людей, ног, но они, как и рубашка, сидели на нем не слишком плотно. Одежду я первоначально сшил сам и она имела некоторую склонность к мешковатости, по крайней мере, на мне. Портновское искусство — не мой конек.
Он также надел сапоги Гаркина, удивительно хорошо подошедшие ему. На это я стал было робко возражать, пока он не указал, что Гаркину они больше не нужны, а нам пригодятся. Прагматизм, так он это назвал. Ситуационная этика. Он сказал, что она окажется весьма сподручной, если я всерьез собираюсь стать магом.
— Эй, малыш! — прервал мои размышления голос Ааза. Он, казалось, занимался рысканием по разным шкафам и сундукам избушки. — Неужели у вас здесь ничего нет в смысле оружия?
— Оружия?
— Да, знаешь, вещички, что убили старину Гаркина. Мечи, ножи, луки и тому подобное.
— Я знаю, что это такое, просто я не думал, что ты этим заинтересуешься, вот и все.
— Почему бы и нет.
— Ну… я думал, ты сказал, что ты маг.
— Не будем опять заводить об этом разговор, малыш. Кроме того, какое это имеет отношение к оружию?
— Я просто никогда не знал ни одного мага, применяющего иное оружие, кроме своих способностей.
— В самом деле? И сколько магов знал ты?
— Одного, — признался я.
— Восхитительно. Слушай, малыш, если старина Гаркин не хотел пользоваться оружием, это его проблема. Я лично хочу. Гаркин, если ты заметил, убит.
С подобной логикой спорить было трудно.
— Кроме того, — продолжил он, — неужели ты действительно хочешь открыть огонь по Иштвану и его своре, не имея ничего за душой, кроме твоей магии и моей ловкости?
— Я помогу тебе поискать.
Мы продолжили шарить в поисках оружия, но кроме убившего Гаркина арбалета мало чего нашли. Один из сундуков выдал меч с рукоятью, инкрустированной самоцветами, а на рабочем столе мы обнаружили два ножа, один с белой рукоятью, другой — с черной. Помимо них в хижине не оказалось ничего даже отдаленно напоминавшего боевую утварь. Ааз не испытывал огромной радости.
— Просто не могу поверить. Меч с дрянным клинком, скверным балансом и липовыми самоцветами и два ножа, не затачивающихся с тех пор, как их изготовили. Всякого, кто так содержит оружие, следует проткнуть насквозь.
— Его и проткнули.
— Достаточно верно. Ну, если это все, что нам досталось, то именно этим нам и придется воспользоваться.
Он повесил меч на бедро и заткнул за пояс нож с белой рукоятью Я подумал, что другой нож он отдаст мне, но вместо этого он нагнулся и засунул его за голенище сапога.
— А я разве не получу нож?
— Ты умеешь им пользоваться?
— Ну…
Он возобновил свою работу. У меня под поясом рубахи имелся маленький ножик, который я применял для снятия шкур с мелкой добычи. Даже на мой неопытный взгляд он превосходил по качеству оба только что присвоенные Аазом ножа.
— Ладно, малыш. Где старик хранил свои деньги?
Я показал ему. Один из камней в очаге вынимался, и за ним была спрятана небольшая кожаная сумка. Он подозрительно уставился на монеты, которые высыпал себе на ладонь.
— Проверь меня в этом, малыш. В этом измерении медь и серебро немного стоит, верно?
— Ну, серебро в какой-то мере довольно ценно, но оно стоит не так много как золото.
— Тогда на что этот цыплячий корм? Где настоящие деньги?
— У нас их никогда по-настоящему не было в больших количествах.
— Брось! Я еще не встречал ни одного мага, который бы не прятал кубышку с монетами. То, что он их не тратил, еще не означает, что у него их нет. А теперь подумай. Разве ты не видел здесь ничего такого из золота или с драгоценными камнями?
— Ну есть несколько таких вещей, но они защищены заклятиями.
— Малыш, подумай минутку. Если бы ты был дряхлой развалиной, не способной выбраться самостоятельно даже из бумажного пакета, как бы ты защитил свои сокровища?
— Не знаю.
— Восхитительно. Я тебе объясню, пока мы собираем их.
В скором времени перед нами на столе лежала скромная куча добычи, к большинству предметов которой я относился стрепетом. Там имелась золотая статуэтка человека с головой льва, Три Жемчужины Краула, золотой амулет в виде солнца с тремя отсутствующими лучами и кольцо с большим самоцветом, снятое нами с руки Гаркина. Ааз взял солнечный амулет.
— Вот пример того, что я хочу сказать. Я полагаю, существует история, о том, что случилось с тремя недостающими лучами.
— Ну, — начал я, — было одно затерянное племя, поклонявшееся одной огромной змеежабе…
— Пропусти это. Это старая уловка. Ты делаешь вот что: относишь свое золото к ремесленнику и заказываешь изготовить что-нибудь со множеством маленьких выступов, вроде пальцев или рук, — он поднял амулет повыше. — Или солнечных лучей. Этим ты убиваешь сразу двух зайцев.
Во-первых, у тебя появляется нечто мистическое и сверхъестественное, ты добавляешь к нему историю о привидениях, и никто к нему не смеет прикоснуться. А во-вторых, оно имеет то преимущество, что если тебе понадобиться немного готовых наличных, ты просто отламываешь луч или руку и продаешь ее по цене золота. Вместо того чтобы потерять свою ценность, стоимость оставшегося предмета возрастает из-за его мистической истории, странных обстоятельствах, при которых его разодрали на куски, — чисто вымышленных, конечно.
Достаточно странно, но я ничуть не удивился. Я начал гадать, а было ли в рассказах Гаркина хоть что-нибудь правдой.
— Значит, ни одна из этих вещей не обладает магическими свойствами или заклятиями?
— Ну, я этого не говорил. Иногда натыкаешься на настоящий предмет, но это случается так редко…
— Но как отличить настоящий от липового?
— Я так понимаю, что Гаркин не научил тебя видеть ауры? Ну, оно и понятно. Вероятно боялся, что ты возьмешь сокровища и сбежишь. Ладно, малыш. Настало время для твоего первого урока. Ты когда-нибудь грезил? Ну, знаешь, глядел просто на что-нибудь, давая своим мыслям бродить где придется?
Я кивнул.
— Да.
— Отлично. Вот чего я от тебя хочу. Развались на стуле так, чтобы твоя голова оказалась на уровне стола. Совершенно верно. Удобно? Прекрасно. Теперь я хочу, чтобы ты посмотрел через стол на стену. Не фокусируйся на ней, просто гляди на нее и давай своим мыслям бродить, где придется.
Я сделал, как он сказал. Было трудно не фокусироваться на определенной точке, поэтому я занялся отправкой своих мыслей бродить. О чем думать? Ну, о чем я думал, когда чуть не зажег свечу? Ах, да. Я — Скив, я могуч и моя мощь растет с каждым днем. Я улыбнулся про себя. С помощью демона я скоро стану знающим магом. И это будет началом. Потом…
— Эй! — воскликнул я, выпрямляясь на стуле.
— Что ты увидел?
— Было… Ну, ничего, я полагаю.
— Малыш, не затрудняй мне работу. Что ты увидел?
— Ну, мне на секунду показалось, что я увидел вокруг кольца красное сияние, но когда я посмотрел на него прямо, оно исчезло.
— Кольцо, да? Оно и понятно. Ну, вот и все. Остальное добро сгодится.
Он сгреб остальную добычу в мешок, оставив кольцо на столе.