– Дмитрий Олегович!
– Сергей Викторович, простите, давайте я вам перезвоню, – убирает смартфон от уха, – ты не видишь, что я по телефону разговариваю?!
Зиненко смотрит на меня, как на ничтожество. Это настолько очевидно, что просто слов нет. А, хули, ебись оно конем!
– А ты, блять, в уши ебешься в свободное время?! Не слышишь, что тебя зовут?! Я вроде как достаточно громко назвал твое гребаное имя!
Директор в ахуе. Пытается вспомнить, когда кто-нибудь в последний раз базарил с ним в подобном тоне. Надо добивать
– Чего это за слезы, блять?! – говорю ему и показываю 8 бумажек с изображением Ярославля
– Да ты что, ополоумел?! Что ты себе позволяешь?! – прочухивается Зиненко
– Получается тебе можно со мной, как с говном общаться, а мне перед тобой на цыпочках ходить? Залупа красная тебе по губам! Где премия за футбол и все остальное?!
Начальник, можно сказать, пропустил парочку хлестких джебов. Он, конечно, не в стоячем нокауте, но и не так уверен в себе, как в начале раунда
– Так, Симачев, даю тебе тридцать секунд, чтобы ты собственными ногами вынес свое тело с безмозглой башкой сверху, за пределы базы!
– Хах, а что, может ты мне поспособствуешь в этом? – сжимаю кулаки и готовлюсь к реакции ублюдка
– Вот мне делать нечего, руки об такое говно, как ты морать! Я сейчас охрану позову, с ними общаться будешь. У тебя осталось двадцать секунд!
Сука! С отупевшими быками с охраны у меня шансов совсем немного. И это, если оптимистично на вещи смотреть. Откуда он их выцепил, я не знаю, но пиздили они торчей, которые как-то пытались вынести кабель с территории базы, очень профессионально. И дело даже не в том, что наркоманы при любом раскладе не смогли бы оказать им достойного сопротивления. Профессионализм в таких моментах чувствуется сразу. Минимум телодвижений, максимум эффективности и, что самое главное, никаких следов побоев, а люди лежат и встать не могут. С учетом того, что они с Зиненко, так сказать, на короткой ноге, не думаю, что ему их придется дважды просить разобраться со мной.
– Пошел ты! – говорю ему, – еще увидимся!
– Давай, вали отсюда! И чтоб в воскресенье ноги твоей в манеже не было, понял?!
Блять, блять, блять! Как же я об этом не подумал? Ну, ебаный в рот! От понимания того, что я пролетаю мимо финала, как сапсан какое-нибудь Бабино, мне становится невероятно обидно. Да, именно обида. Из-за того, что я не предугадал этот ход. Этот чертов шах и мат мне.
Я пиздую к остановке, а мимо пролетает рэйнджик Зиненко. Он меня уделал. Через полчаса на улице уже стемнеет окончательно, слегка оттаявшие лужи снова трансформируются в гладкую ледяную поверхность. Останавливаюсь и пытаюсь сложить в голове все произошедшее. Только сраная мозаика из злобы и отвращения ко всему окружающему. Верчу в руках конверт с копейками. Блять, эти восемь тысяч выглядят как кость, которую хозяин бросил псу, чтоб тот обглодал ее. Сука. На телефон приходит смска. Надеюсь, какой-нибудь дурачок заслал мне за прогноз. Ага, черта с два, «вы приближаетесь к порогу отключения». Послание от долбанного поставщика услуг связи. Домой точно не пойду. Ввожу комбинацию на экранной клавиатуре с использованием звездочки и решетки с целью узнать баланс. С какого, блять, хуя? На дисплее написано, что в моем распоряжении один гребаный рубль и двадцать копеек. Ни больше, ни меньше! Раздражение, что какой-то урод ворует мои деньги со счета мобильного, как сыр накладывается на горячий тост, смазанный маслом, впитывается и усиливает внутреннюю злобу. Сейчас выясним, с какого это перепугу на безлимитном тарифе идут списания, помимо ежемесячной абонентской в начале расчетного периода. Набираю номер провайдера. Как обычно на другом конце провода ебучий робот заливает в уши какое-то дерьмо, предлагает перевести телефон в тональный режим, или дождаться ответа специалиста. Несмотря на приблизительное время ответа специалиста, составляющее двенадцать минут, остаюсь на линии. Рука быстро замерзает, и я убираю мобилу в карман, предварительно включив громкую связь. Думаю, что же мне делать с расчетом, точнее, как растянуть эти гроши на период до следующего денежного пополнения. Параллельно в голове прокручиваются варианты, куда в эту гиблую пятницу пойти залить лейку. Без этого сегодня никак. И все это на фоне невероятной ярости от случившегося. Она не то, чтобы не дает думать ни о чем другом, она как огромный задний план картины, по сравнению с которым, происходящее на переднем меркнет по задумке автора произведения. Или как невъебенных размеров гора, по сравнению с которой находящаяся у подножия деревенька выглядит ссаным муравейником. Бывают же такие дни. Все мыслимое и немыслимое говно, как снежный ком из мокрого снега. Вроде у тебя в руках небольшой снежок. Бац, а через несколько минут уже с трудом перекатываемая хуевина размером с колесо от камаза. Почему этот эффект снежного кома происходит только с событиями, к которым синонимами можно смело отнести такие слова, как дерьмо или блядство? Почему нельзя за полчаса выиграть в лотерею, найти кошелек с платиновой визой без пароля, и в довершение ко всему удостоиться минета от невъебенной красоты фифляндии, которой ты подсказал, сколько сейчас времени, допустим?