Оглядываюсь назад и смотрю на бабулю. Она, отвернувшись, палит в окно и что-то приговаривает. Это заметно по движению губ. Ее лицо в свете желтых фонарей, заглядывающих своим мертвым светом в салон, выглядит еще более усталым и старым, нежели обычно. Да, хули, куда уж, девятый десяток пошел. Для своих лет она еще ничего, вот даже в деревню гоняет, бегает постоянно везде, по паркам там всяким. Понятное дело, как ни крути, вечных не бывает. Вот бы она подольше пожила.
Бабушка чувствует, что я смотрю на нее, поворачивает голову в мою сторону и улыбается. Я опускаю взгляд в дисплей мобилы.
Настенные советские часы на кухне показывают начало седьмого, когда я заношу туда последнюю партию котомок. Думаю, что надо схавать немного пищи перед куражом, мало ли там с едой не особо. Далеко не факт, что сраный Зиненко раскошелился по полной, не даром ведь он больше чем за неделю до нового года свалил на Гоа, или куда там Андрюха говорил. Тем более тут у бабушки в газету завернут невъебенный шматок деревенского сала, да овощные закрутки на любой вкус. Магазинное дерьмище рядом не стояло. Бабуля предлагает отварить картофеля для полноценного ужина, но ждать этого не представляется возможным, хочется побыстрее залить лейку. Сало – просто гастрономический оргазм, по-другому не скажешь. Накидываю с собой на хлеб еще пару кусков и выдвигаюсь в сторону центра.
Уже на подходе к рестику замечаю стоящих около дверей Толика с Кириллом с команды в обществе каких-то телочек
– Ооо, Данек, – Толян в своем репертуаре, – поприветствуем лучшего игрока города в футбол на позиции защитника
– Ага, среди строительных команд только если. Всем привет!
Тяну парням руку. Кирилл хочет пожать мне ее, но Толян останавливает его характерным стоп-жестом своей клешни
– Так, секундочку, многоуважаемый, вы что же это считаете уровень городской, мать ее, простите за мой французский, дамы, – Толик делает нечто, отдаленно напоминающее реверанс в их сторону, те смеются, – лиги строительных команд, не совсем, так сказать, топовым? – начинает он свои театральные подъебы, – да по последним данным, предоставленным центром исследования общественного мнения Города-Героя, каждый семидесятитысячный, – поднимает гордо указательный палец вверх и кривит явно залитым лицом, – в этом сезоне следил, так сказать, за перепетиями в кубке лиги!
Все смеются. Я редко понимаю его юмор, и в этот раз тоже делаю лишь вид, что оценил шутку. Видя реакцию, он продолжает
– А по рейтингу возможных телетрансляций, она бы занимала почетное второе место после сетки профилактики.
Вот это уже достойный ход.
– Все, завязывай, юморист! Ты уже сам небось второе место занимаешь, только по количеству опрокинутых кружек пива, из числа всех присутствующих здесь.
Толян лезет обниматься.
– Пойдем к остальным, – тащит меня внутрь, а я все-таки умудряюсь поздороваться с Кирей.
Народа с конторы человек тридцать, не меньше. С футбола из наших – воротчик Серега, да парень из отряда офисников, Денис, вроде. Остальных я от силы один-два раз в глаза видел. Саныча по ходу нет, уже свалил, наверное, в деревню. А нет, вон он сидит. Подхожу к нему
– Саныч, я думал ты уже в Тверской
– Даня, привет. Да кто ж меня отпустит, они до сих пор тебе замену не нашли, как Папа Карло вкалываю. Начальник сказал, раньше тридцатого не разрешит никуда. Да и Бог с ним, все равно выходных десять дней
– Ясно, пойду к ребятам.
Саныч кивает.
– Ну чего, здорова, футболисты! – подхожу и жму руки Сереге и молодому офиснику, – а чего это наш состав такой немногочисленный?
– Так у нас же половина команды либо спортсмены, либо приличные семейные люди. Такие мероприятия не посещают, – говорит Серега, – здорова
– А ты себя к приличным семьянинам не относишь?
Ему самому скоро пятый десяток пойдет.
– То есть, что я не спортсмен, ты сразу отсек? – говорит он, и все начинают угорать, – да, конечно, семьянин, подчеркиваю, приличный, но у нас с любимой в этом плане идиллия, я бы даже сказал полный фэн шуй
– Ого, это как, Сережа? – спрашивает его одна из телочек
– Очень просто, Любаша, никаких ограничений на алкогольные вечера с друзьями, или подобные праздники с ее стороны относительно меня. Ну и, соответственно, мой амплуа в роли няньки, когда она со своими подружками хочет потанцевать