– Ну чего, пездюки, с новым годом!
Передо мной стоят трое пацанят, возрастом не старше лет двенадцати.
– Извините, пожалуйста, мы не знали, что вы здесь, – говорит один из них, но звучит это не очень правдоподобно. Что удивительно, они даже не пытаются бежать.
– Да ладно пиздеть, не знали вы! Дошли почти до самой крыши, нихера не взрывая, и тут решили хлопнуть!
Свет старого строительного прожектора хорошо освещает лестничный пролет. Еще один есть с другой стороны, но в нем, по всей видимости, накрылась лампа.
– Дяденька, отпустите нас!
Смотрю на малька, который стоит посередине, вглядываюсь в его лицо. Хера себе, вот так встреча!
– Ты же в тридцать втором доме живешь?
– Да, – отвечает он, – откуда вы знаете?
Мои догадки подтвердились. Пезденыш сверху со своими корешками.
– Короче, кто из вас кинул петарду?
Пацанята переглядываются несколько секунд. Никто ни на кого не указывает. Молодцы, зачетно. Сосед сверху опускает голову вниз и тихо произносит
– Это я, извините.
У одной мелюзги начинает звонить телефон. Он поворачивает мобилу дисплеем вверх, фонарик продолжает светить.
– Можно я возьму трубку? Мама звонит.
По всей видимости, пацаны поняли, что имеют дело не с бомжом или наркоманом, а сынок врачихи с освидетельствования из-под лобья взглядом пытается окончательно убедиться в том, что знает меня. Интересно, с учетом наших с ним взаимоотношений, рад он, что я – это я. В том смысле, врубается ли его тупая головенка в то, что на моем месте запросто мог оказаться какой-нибудь урод, который бы и бровью не повел, забирая у уродца его модный телефон, или сделав что-нибудь пожестче.
– Бери, – отвечаю я корешку своего соседа.
Он тыкает пальцем в экран и подносит аппарат к уху
– Але, мам?! Я тебя не слышу, подожди!
По ходу у него глючит динамик, и он включает громкую связь, которая сразу же оповещает мальков о том, что этот год начался для них не совсем радужно, и не только по той причине, что они попались мне.
– Артем, слышишь меня?! Вы что на стройке?!
В трубке дублируются хлопки салютов.
– Мам, нет, мы…
– Сейчас же спускайтесь оттуда! Даю вам три минуты, иначе все отцу расскажу твоему!
– Мам, нет, мы все, идем!
Но то ли связь прерывается от перегруза сетки, то ли мать опездола вешает трубку, но пацан говорит уже в никуда. Расклад предельно ясен. Дополнительный подарок в виде порции пездюляторов им уже обеспечен, но просто так их отпускать нельзя.
– Есть еще петарды? – спрашиваю у них.
Тот, который говорил по телефону, достает из кармана упаковку с мелкими, размером ненамного толще спички, шутихами, и две штуки побольше, примерно с мизинец. Беру у него и те, и другие.
– Такую хлопнули? – спрашиваю, акцентируя внимание на жирных петардах
– Да, извините, – выдавливает еще раз из себя соседский червь
– Так, еще-то есть одна такая?
– Нет, мы честно все отдали, больше нету ничего! – отвечает тот, который базарил с маткой по телефону