Пятиэтажный дом на три подъезда и вход только со двора. Открыв парадное, она пригласила меня в так званый офис, который состоял из однокомнатной квартиры и был переделан для коммерческих целей. В жилой комнате находились рабочие столы с компьютерами, в уголке возле окна был небольшой кожаный диван, на месте кухни находился кабинет директора, а санузел был совмещен, в общей мере до 40 квадратных метров. К обеду в офисе находилось трое мужчин, двое из них моего возраста 23-26 лет, а один пожилой, ему лет 45-50, с седыми волосами и в очках.
Попросив снять верхнюю одежду, она пригласила на кухню, в кабинет директора, где сама уселась на его место и начала задавать вопросы об опыте работы, как я все это вижу и так далее. Уже тогда я чувствовал, что меня берут и выходить можно с завтрашнего дня.
-“Я готов выходить уже с завтрашнего дня”
-“Отлично, тогда завтра на 10-00, и без опозданий”
Ирина провела меня взглядом, а я вышел, попрощавшись со всеми, пожелал хорошего дня. Вот и закончился страх, на работу взяли, выходить уже можно завтра, все мысленные проблемы позади. Хотя и осталось еще пару собеседований, но внутренний голос подсказывал, что это твое место и тебя здесь ждали. Внутренний, он как интуиция, частичка тебя целого. И я потихоньку потопал на обратный маршрут домой, не перезванивая в компании, куда меня пригласили на собеседование. Чувство гордости и жизненная искра переполняли в тот момент, неужели я это сделал, и, уже завтра буду на работе, буду двигаться дальше, не оглядываясь на прошлое.
Одел наушники, включив музыку, отправился домой с победой в руках. Таня ждала дома и встретила с улыбкой на лице, конечно, она знала, как всё прошло и чем это закончится, но и я это понимал, и все равно виду мы не подавали. После такой нервотрепки хотелось перекусить, включить громко музыку на колонках, лечь на скрипящую от пружин кровать и замечтаться.
Она пригласила меня обедать, ведь, когда она дома, то кушать всегда есть и с ней легко, без стеснения и ходьбы с тарелкой еды к себе в комнату. Мы люди друг другу не знакомы, и во мне есть такое, что когда кушаю с чужими людьми, то очень некомфортно себя чувствую, вот и приходилось брать еду и идти в свой мирок.
- “Всё прошло отлично, и уже завтра выхожу, ты представляешь?” – мне даже пришлось привстать от переполненного настроения, внутри разгорелся очаг.
- “Ну ты этого хотел, вот и получил, Вселенная слышит тебя”
Что это за Вселенная и почему она слышит меня, почему она это понимает, а я этого не могу понять, не могу догнать своим аналитическим умом, которого у меня более чем предостаточно.
Перекусив вкусного борща, сказав ей спасибо, отправился к себе, в свой кабинет директора. Сняв весь маскарад, который давил мою душу, ведь я придерживался мнения, что костюмы и туфли нужно носить тогда, когда у тебя в жизни что-то удается, а не запихиваться в маршрутку и смотреть, как тебе оттаптывают ноги. День выдался настолько напряженным, что я решил вздремнуть, вроде ничего не обычного, пошел и устроился на работу, но эти переживания, мысли в голове, куча идей, размышлений, они просто выматывают, истощают энергию, выделенную организму на день.
Уже со временем я понимал, что вести себя нужно спокойно, даже если харизма переполняет, и ты остряк по жизни, то чуточку сбавь обороты, потому как быстро угаснешь и к концу рабочего дня просто не будет сил.
В комнате, как всегда, стоял запах сигаретного дыма, а в сервизе, который служил хранением вещей, помимо их самих, были еще и фотографии моих родных. Находясь дома, где вырос, мне как-то нахлынуло, и я вытащил фотографии из общего альбома, забрал их с собой на Киев. Помимо фотографий забрал и иконку из трёх частей, маленькую, которая и сейчас везде сопровождает меня, на ней изображены: Богородица, Иисус Христос и Николай Чудотворец. Бабушка подарила мне ее и попросила поставить дома, но так как дом был переездной, то и она везде сопровождала меня. Эта иконка стояла в верхнем правом углу сервиза, а за ней были те самые фотографии родных.
Золотой крестик и цепочку, которые мне подарила мама с отчимом на день рождения, я продал в ломбарде, еще находясь у себя на родине, потому как денег на нужные необходимости и желания своей зависимости попросту не было. А затем Бабушка, которая в определенный промежуток времени стала очень веровать в Бога, подарила мне самый обыкновенный крестик на веревочке. Из Иерусалима.
Возвращаясь к себе, домой, в комнату, я смотрел на стоящую в углу иконку, и однажды сказал обыкновенное спасибо, потому как просто захотелось это сказать. Улегся спать, но так и не уснул, замечтался о перспективах работы.