О резервном канале связи Дербановы договорились, когда младший брат счастливо женился, чтобы полностью соответствовать высоким моральным требованиям, предъявляемым офицеру госбезопасности. Тогда они оба обменялись сотовыми телефонными номерами, зарегистрированными на совершенно посторонних заурядных лиц, не имевших никакого прямого отношения к братьям. Как только в открытом телефоном разговоре звучала условная фраза, насчет жены Вальки, коей жизнь не в жизнь, если она не свидится с дорогим деверем хотя бы раз в неделю, Кирилл и Мефодий доставали из потайных кармашков SIMM-карты Марь-Ванны и Сан-Саныча. Мало ли кого мог заинтересовать разговор братьев Дербановых, но никому не было дела, о чем говорят убогие инвалиды войны и труда.
Инструменты механического кодирования, программные средства глубокого шифрования, всякие скремблеры, эзопов язык всегда настораживают наобум забрасывающих сети сыскарей, подсказывая им, где надо копать. Но прослушивать и записывать всех Марь-Ванн и Сан-Санычей не под силу даже самой высокоразвитой информационно-технологической цивилизации. А в этом городе и мире самые навороченные системы искусственного интеллекта, поддержанные вычислительными мощностями суперкомпьютеров, после дождичка в четверг и комком в кучку реагируют на звучащие открытым текстом ключевые слова "террор", "оружие", "взрывчатка" и так далее и тому подобное.
После необходимых манипуляций братья поговорили в прямом эфире:
-- Я постараюсь вычислить, кто и как тебя тут окучивает. А пока есть версия, что ментам нужны любые подозреваемые. Они уже неделю ищут и не находят какого-то хакера неимоверной крутизны.
-- Какой из меня хакер? Я в жизни полстрочки кода не написал.
-- А им, брательник, это до лампочки, им нужен кент, устроивший тарарам на мобильной связи и в компьютерах по всему городу.
-- Это же по всему миру так было...
-- То ментам неведомо. Зато до них было доведено, что группа неустановленных лиц ловко шарит по всем сетям в городе, и никакая защита, всякие файерволы им не указ. Не исключаю, что и мой департамент подключится.
После тревожного разговора с Мефодием Кирилл удостоверился, что файлы с альфой и бетой xxx.exe из его derban@... благополучно удалены -- Вирта, как и обещала, полностью затерла всю лишнюю информацию на почтовом сервере. А рыжего сисадмина он еще раньше предупредил, чтобы тот не шибко распространялся об альфе: мол, таково непреложное условие тестирования. Права на чужую авторскую собственность Петр Осов очень уважал, никогда их не нарушал и обещался никого с Трикси не знакомить.
Затем Кирилла приятно побеспокоил его давешний знакомец. Извинившись за то, что отвлекает от работы, ему вежливо представился Анатолий Николаевич из подземного тира. Напомнив Кириллу об обстоятельствах их знакомства, он пригласил Кирилла сегодня вечером опять потренироваться, ни словом не обмолвившись о том, что это Кирилл обещал сам ему позвонить на неделе.
Приглашение седовласого инструктора Кирилл с благодарностью принял, решив, что по дороге в тир ему как раз очень удобно заехать в дизайн-бюро к умным людям, где ему на хорошей бумаге распечатают и сброшюруют календарь для Мефодия. И денег не возьмут, потому как Кирилл обязался им оставить файлы с виртуальными красотками для дальнейшего употребления. Мефодию про то говорить не надо, тот и так станет владельцем уникального издания в одном экземпляре.
Перед самым закрытием номера Кирилла, в нетерпении поглядывавшего на часы, посетили высокие гости. Первый зам главреда Зембин и художественный редактор Колядкин ему торжественно вручили симпатичный кофр для ноутбука с фирменным логотипом. Оказывается, сегодня у Кирилла творческий юбилей, так как ровно четыре года назад Кирилл переступил порог газеты, где после месяца, проведенного на верстке, стал глубокоуважаемым всей редакцией мастером, небезуспешно работающим в стилях "Clay Phototiptop" и "Clay Illustrator". Кирилл был растроган, но предложил перенести празднование юбилея на завтра, а сейчас, так сказать, спешит покинуть редакцию по семейной надобности.
В оружейке гебешного тира автомат Кириллу не дали -- не велено -- вместо АКСУ ему вручили пистолет Макарова и один магазин. Зато Анатолий Николаевич, встретивший его на огневом рубеже был весьма любезен, разговорчив и даже угодлив:
-- Здравствуйте, дорогой мой, Кирилл Валериевич! А я для вас пистолетик приготовил, -- подскочил он к Кириллу и подал ему Стечкина с прикладом и два магазина. Потом помог застегнуть липучки на бронежилете и отошел к своему пульту, не забыв задать условия упражнения:
-- От бедра на 50 метров по движущимся.
На этой тренировке Кириллу удалось достойно использовать тактико-технические характеристики чудесного изделия Игоря Стечкина. Мишени в лохмотья Кирилл не превратил, но был очень близок к такому результату.
Седовласый Анатолий Николаевич тоже его похвалил:
-- Почти отлично, Кирилл Валериевич. Прошу теперь ПМ на 25 метров.
Изделие Николая Макарова Кириллу ни в малейшей степени не нравилось, но и тут он охулки на руку не положил.
Седовласый инструктор с ним раскланялся, настоятельно приглашая подъехать на тренировку в пятницу. Перед самым уходом он придержал Кирилла за локоток:
-- Позвольте вопросик, Кирилл Валериевич. Вы у нас в городе человек, сведущий в высоких технологиях. Скажите, а вам не кажется, что в последнее время компьютеры будто с ума сходят или шалят, как дети малые?
-- Может, где они и шалят, почтеннейший Анатолий Николаевич, но мои машины находятся в здравом уме и твердой памяти. У меня не забалуешься, как положено все работает.
В "Дрездене" Кирилла должна была ждать Дашка -- ее он еще в редакции вызвонил, чтобы подобающе отметить четырехлетний творческий юбилей, Дашкино новое назначение и вывести адреналин, всегда выделяющийся в кровь любимого организма во время стрельбы или быстрой езды. Скутер он решил бросить на стоянке у бизнес-образовательного центра. Черт побери эту хренову железяку, авось никто не позарится. Лихо возившее его автомобильно-мотоциклетное железо Кирилл глобально и локально не уважал, презирая за отстойный технологический генезис образца XIX-XX веков, трудности с модульным ремонтом и невозможность безболезненного апгрейда ходовой части. Исходя из изложенного, Кирилл постановил, что скутер заберет завтра, а домой с Дашкой лучше возвращаться на таксомоторе. И, вообще, пора привыкать к красивой жизни, где вечная проблема нехватки наличности вовсе не является неразрешимой, а банкоматы в городе обнаруживаются на каждом приличном углу. Кирилл помнил, что дома его ждет Вирта, но без Дашки тоже никак не обойтись. Вирта не может того, что умеет Дашка. Можно было бы попробовать их познакомить, хотя, по всей видимости, не стоит.
Когда Кирилл вошел в ресторан, Дашка в бриллиантовых серьгах и маленьком черном платье почти от самой Коко Шанель самозабвенно распоряжалась партитурой меню, картой вин и двумя вышколенными официантами, на два голоса вторившим ее указаниям. Слаженному трио помешал Кирилл, присоединившийся к любимой женщине с ноутбучным кофром в руках и в потертых джинсах, чем отчасти озадачил халдеев, но не слишком -- у богатых свои причуды.
В отличие от Дашки, к ресторанному гламуру, а также к изысканному мастерству квалифицированных кулинаров, Кирилл был беспредельно равнодушен. Общепит, он и есть общепит, а собственный организм надо снабжать горячей пищей ежедневно и регулярно, невзирая на экзотические названия блюд и напитков.
В ресторане и после него Дашка была в ударе и вся в нетерпении. Она с огромным трудом вынесла, когда же, наконец, Кирилл пролистает свои вечерние новости. Ее даже ничуть не поразил капитальный домашний апгрейд, устроенный в квартире Кириллом и Виртой, хотя трехтрубную систему охлаждения, она, наверняка, увидела первый раз в жизни. Пока Кирилл невозмутимо впитывал информацию, она успела раздеться, расстелить постель, принять душ, подправить макияж, облачиться в багряно-прозрачный пеньюар, усесться наискосок от монитора, закурить длинную тонкую сигарету и начать соблазнительно покачивать ножкой, обутой в черную туфельку на шпильке. Естественно, в спальню Кирилл отнес Дашку на руках. Два раза показал оргастический класс себе и Дашке, а после позволил Дашкиным пальчикам легко помассировать свою простату, так чтобы Дашка была неимоверно удовлетворена твердостью и продолжительностью последовавшего контакта. Этому опытный в любви Кирилл тоже сам научил Дашку, когда-то мало чего знавшую и умевшую. Кстати сказать, единственной книгой, какую она осилила за последний год, было красочное научно-популярное пособие по радостям замужней жизни, ловко подброшенное ей Кириллом на кухонный стол.