Все еще никуда не торопясь, Кирилл отправил короткие сообщения Дашке и родителям, затем вызвал таксомотор: надо забрать скутер со стоянки. Там и ударим по газам: ему сегодня придется здорово помотаться по городу. В риэлторскую фирму тоже надо, заскочить, чтобы подписать все бумаги на аренду.
Мефодий ждал брата у своей конторы с уже выписанным пропуском. Но сначала не забыл поздравить:
-- Я думал, ты уже на "лексусе" рассекаешь, или на "бентли" подвеску бьешь.
-- Мне "порш" больше нравится, до первого ремонта. Или то, что никогда не ломается.
-- Без ремонта железяк не бывает.
-- Бывает, братец, бывает, когда железо умное, а не тупорылое как армейский бот. Пошли, мой подарок требует торжественной обстановки.
В кабинете Мефодия в виду присутствия и наличия сотрудников с подчиненными Кирилл церемонно вручил брату уникальный календарь, без ложной скромности заявив, что этот проект он на аукцион не выставлял. Оказывается, гебисты тоже слыхали о международном триумфе Кирилла и вполне искренне его поздравили как компьютерного гения, к которому нормальным людям глупо испытывать зависть. Один немало польстил Кириллу и Мефодию -- он блеснул остроумием, сказав, что дал бы за такой календарь с девочками штуку баксов, если бы она у него была, а так все жене и жене приходится отдавать.
Шутки шутками, но Кириллу пришлось заняться сугубо гебистскими делами: под грифом "строго секретно" подписать экспертное заключение о новых методах преступной деятельности распространителей детской порнографии и официально обратиться в управление госбезопасности с просьбой защитить гражданина Дербанова К. В. от возможных преследований со стороны компьютерных преступников. Когда Кирилл прощался с Мефодием, ему вдруг очень захотелось под каким-нибудь шутливым соусом предупредить брата о ментовской прослушке. Ан нет, не решился: Мефодию пальца в рот не клади, мигом опять начнет подозревать в сокрытии некоей суперпрограммы.
Финдиректор Тереховский в суперпрограммы не верил и со всей серьезностью отнесся к осторожным намекам Кирилла о крупном ментовском интересе к его фирме. Как никак, у него брат в гебухе -- не последний человек, значит, знает, о чем и почему по дружбе предупреждает. К тому же за преферансом можно будет легко и ненавязчиво выяснить детали, и господин Тереховский ничтоже сумняся стал соблазнять Кирилла на хорошую игру в ближайшую субботу на своей царскосельской даче. А в партнеры предлагал Петра Осова и симпатичного Кириллу бизнесмена с прекрасной фамилией Бабаедов. Именно через два "а" и никак иначе. Хорошей преферансной кампанией они уже не собирались месяца три, да на новую царскосельскую недвижимость взглянуть не мешало бы. Так что, Кирилл, недолго думая, обещал быть ровно в пять часов пополудни на ближней Генкиной даче. И там чувствительно расписать классику не меньше, чем на шесть часов кряду, а, может, и больше, поскольку карта -- не лошадь, к утру повезет.
У двух конкурирующих провайдеров Кирилл подключился к спутниковому интернету и за очень дополнительные деньги распорядился доставить к себе в хрущевку в субботу с утра и пополудни необходимые железо и софт. В последней фирме его насилу уговорили обзавестись спутниковым телефоном, а сам Кирилл, страдая до конца, в целях борьбы с природной скупостью там же приобрел для наладонника изящную карту расширения с модулем GPS, как он полагал, ненужную ни ему, ни наладоннику. Тут же вспомнил о Вирте и взял еще один спутниковый аппарат.
Дабы усугубить страдания, скупой рыцарь Кирилл по дороге в редакцию заехал в самый шикарный в городе автосалон и полчаса топтался вокруг всякого глупого автомобильного железа, оснащенного допотопными двигателями внутреннего и дизельного сгорания продуктов расщепления нефти. Вероятно, по данной причине к редакции Кирилл подъехал на тощем старом скутере с маленькими колесами, а не новом толстом лимузине с большими.
В редакции Кирилла встретили как триумфатора и информационный повод. Главный шеф вызвал к себе, прочувственно поздравил, в полтора раза повысил должностной оклад, в три раза премиальные, и выразил надежду, что редакция и многоуважаемый Кирилл Валериевич продолжат свое продуктивное и конструктивное сотрудничество. После главреда Кирилла облобызал Ефимыч, назвал учеником, расчувствовался и, пустив крокодилову слезу, отдал на съедение гнусному журналюге на интервью для сегодняшней публикации. Кирилл, разумеется, акуле пера и диктофона оказался не по зубам, а попросту взял список вопросов, чтобы в течение часа ответить писаке по редакционной локалке.
Затем Кирилл зашел в отдел расследований, где рассказал о педофилах и оставил номер служебного телефона Мефодия, а тот, как лицо до предела официальное, сообщит подробности и даст санкцию на эксклюзивную публикацию горячего материала. В свою очередь, Петр Осов нисколько не сомневался, что списком хакеров Кирилла тоже снабдил брат-гебист, хотя Кирилл с полным на то основанием категорически отрицал самую вероятность того, что Мефодий через брата допускает преднамеренную утечку секретной информации или, пусть его, для служебного пользования. Ознакомившись со списком, в отличие от Кирилла, Петр обнаружил в нем немало известных и знакомых ему имен, почесал в затылке и неожиданно сам обещал действовать на свой страх и риск, а Кирилла ни в коем разе в это хакерское дело не впутывать. Но на солидный преферанс в душевной кампании с Кириллом Дербановым и Геннадием Тереховским Петр был всегда готов. А вот по поводу хакерского списка обещал поразмышлять
Как бы там ни было, оперативной информации был дан должный ход, и Кирилл вернулся к своим должностным и функциональным обязанностям газетного дизайнера, а не контрразведчика или богатого прожигателя жизни. Перед ним не стоял хрестоматийный вопрос, кем быть, где ему работать и чем заниматься. Года у него тоже растут, но семнадцать лет ему все же исполнилось еще в прошлом столетии.
В тире Кирилл отстрелялся, как положено, из ПМ на 25 метров. Седовласый инструктор на огневом рубеже отсутствовал, а молодой в камуфляже Кириллом не интересовался, Стечкина ему не подавал и ничего не видел, ничего не слышал, кроме плеера с огромными звукоизолирующими амбушюрами. "Музычку развели, дисциплинка однако, ему бы, камуфляжнику хренову, строевую, а потом плац стиральным порошочком, чтоб блестело как у кота яйца и еще ПМ, так и его и так", -- в легком раздражении думал Кирилл, стараясь не послать себя за молоком: даже перед музыкальным гебистом не стоит позориться.
Седовласый Анатолий Николаевич, услужливый и ненатурально запыхавшийся, перехватил его на проходной у самого выхода, вывернув откуда-то сбоку:
-- Кирилл Валериевич, прошу прощения, что не помог вам на тренировке. Начальство, будь оно не ладно, задержало, -- потом намного официальнее и суше добавил, -- не сочтите за труд подняться ко мне, есть разговор.
Говорили они на третьем этаже, в просторном и ярко освещенном, но практически пустом кабинете, расположившись на двух жестких стульях у двери.
-- Кирилл-Валерич, от лица службы большое вам спасибо за компетентную экспертизу, -- седовласый очень хотел, чтобы фраза позвучала тепло и сердечно, но не получилось.
-- Да что вы, Анатоль-Николаич, какие тут благодарности, порнушников надо брать к ногтю, вот и все.
-- Порнография -- пустое дело, но вот, если бы вы согласились нам помочь в другом деле...
Здесь Кирилл выслушал длинное и довольно безграмотное повествование все о нем, том самом зловредном суперхакере, ловком и неуловимом. А потом последовала просьба помочь изловить и изобличить преступника, нарушающего все те же беспорядки в сотовой сети. Кирилл, без малейшей тени иронии, обещал сделать все, что в его слабых силах, и был вежливо препровожден до самого выхода из гебистской конторы на свежий воздух.
У подъезда родной пятиэтажки Кирилл поджидал, видимо давно, оболтус Васька Косой. Пришлось остановится, сгрузив поклажу на скамейку.