Охранник внимательно посмотрел на меня, я сделала самое тупое выражение лица, попросту расслабив все лицевые мышцы. Он кивнул головой и я побежала домой.
Моего отсутствия никто не заметил, воспользовавшись общей суетой, я стащила из кухни половину каравая хлеба и большой кусок вяленого мяса. Карлушу я усадила в походную корзинку и накрыла сверху платком. На улице была уже глухая ночь. Я одела на плечи рюкзак взяла в руки корзину и уже хотела выйти из дома, как на кухне опять послышались голоса, опять там начали греть воду и суетиться. Пришлось сесть на кровать и ждать когда все успокоится. Наконец все стихло, положив на стол прощальное письмо для отца, я потихоньку вышла из дома и направилась к постоялому двору.
Дойдя до него, я спряталась между колесами одной из телег обоза и продремала там до утра. Утром, когда начали ходить около телег сопровождающие, я вылезла и нашла вчерашнего дядьку. Он оказался кем-то из главных, так как он отдавал распоряжения, а другие их выполняли. Я подошла к нему с просящим выражением на лице, и стала заглядывать ему в глаза. Он тяжело вздохнул и протянул руку, я положила туда приготовленную серебряную монету. Он отвел меня к одной из телег, помог забраться туда и подал мне рюкзак и корзину. Вскоре обоз тронулся.
Моя телега была в середине обоза и везли в ней что-то мягкое, так что я довольно уютно устроилась и вскоре уснула. Проснулась я где-то ближе к полудню, меня разбудил Карлуша. Когда мы только тронулись я сняла с корзины платок и положила ему туда кусок хлеба, и теперь он что-то пытался мне втолковать каркая в ухо. Я протерла глаза и осмотрелась, обоз притормаживал на санитарную остановку, мужики справляли нужду не отходя от телег. Пулей вылетев из телеги, я метнулась в придорожные кусты, игнорируя смешки охранников, бегом вернулась обратно. Обоз опять тронулся, перекусив вяленым мясом с хлебом, запив все водой из бурдюка, я напоила сокора из пригоршни. Умная птица даже не пыталась высовываться из корзины. Я опять провалилась в дрему, и опять была разбужена сокором. Солнце начало спускаться к горизонту, я оглянулась вокруг, мы подъезжали к Истровелю, мимо проплывали знакомые окрестности, я запомнила их, когда в прошлом году Колуян увозил меня отсюда. Вскоре вдали показалось село, перед селом дорога пошла в гору и обоз замедлил движение, воспользовавшись этим я выбросила в придорожные кусты свой рюкзак, выпустила Карлушу, и схватив корзинку выпрыгнула из телеги. Помахав вслед обозу рукой, я одела рюкзак на плечи направилась в обход села.
16 глава
Пройдя некоторое время я поняла, что придется дождаться темноты, мой внешний вид мог привлечь внимание, а если учесть, что в свое время половина села прибегала к Любее поглазеть на меня, то меня могли узнать. Так что подойдя как можно ближе к домам и огородам, но все же оставаясь на почтительном расстоянии, я спряталась в какие-то раскидистые кусты и просидела там до темноты.
Когда наступила ночь и первая зеленая луна поднялась высоко в небо, я, одев рюкзак, по очень большой дуге обошла село, вышла к реке Истрове, по берегу поднялась вверх по течению, до небольшого мостика, недалеко от дома Любеи. В селе собаки не залаяли, а у Любеи собак не было. Благополучно перейдя через мост я зашла в лес и там опять сделала привал. Идти ночью по лесу я не хотела. В лесу я была только днем, и всех опасностей, что могли поджидать меня ночью, не знала. Хотя Карлуша спокойно сидел на моем плече, значит ничего страшного рядом не было, но рисковать излишне не стоило.
Ночь начинала светлеть, я вышла на небольшую полянку, рассудив, что дождя нет, а открытое место нравится мне больше, чем какие-то кусты, решила немного перекусить и поспать здесь. Пришлось достать свой красивый плащ, который я конечно же взяла с собой. Спать на голой земле было холодно, а простывать не хотелось. Комары и кусачие лесные мошки просто набрасывались на меня как голодные звери. В прошлом году Любея показала мне траву иссуру, которая отгоняла практически всех лесных паразитов. Если растереть ее в кашицу, а потом натереть кожу, то ни один комар не сядет, правда кожа потом довольно долго остается зеленой, а если траву просушить и поджечь, то дым отгонит всех комаров на расстояние пяти шагов, или полностью выгонит их из дома. Росла эта трава в основном в лесу, но в темноте ее не найти. Пришлось достать еще и второй плащ, в один закутаться а второй постелить на землю.
Проснулась я, когда солнце взошло уже достаточно высоко, Карлуша спокойно сидел на ветке ближайшего дерева. Оглядевшись я попыталась определиться, где нахожусь. Это была небольшая зеленая полянка, окруженная со всех сторон раскидистыми деревьями, очень похожими на лиственницы, чуть в стороне журчал какой-то ручеек, я подошла поближе - это был родник. Место было мне знакомо, я в прошлом году гуляла тут с козой Милкой, когда жила у Любеи, но дорога к лесной избушке, как я помнила, начиналась не здесь. Набрав в роднике свежей воды, подкрепившись оставшимся мясом и хлебом, покормила своего сокора, который, как только увидел разложенную еду, тут же спустился с ветки на землю. Потом я собрала вещи и пошла обратно к тому мостику, по которому переходила Истрову.