Не смог я пойти против воли родительской, пришел к Ялиле, говорю - «Прости меня, я тебя люблю, но против отцовой воли пойти не могу!». Она мне ничего не ответила, молча развернулась и ушла. С той поры ни разу со мной не заговорила.
Через месяц сыграли мою свадьбу с Оруной, а еще через три месяца, в самом начале лета, Ялила родила девочку и умерла. Омала сказывала, что, когда девочка родилась, она, как и все новорожденные дети, закричала, здоровенькая родилась, а как дали ее Ялиле, та что-то прошептала над ней и сама тот же час умерла, а девочка стала как кукла, точно и неживая. Назвали ее Нияной, она и ест, и пьет, как подросла, стали на улицу выводить, за руку возьмешь - встанет, посадишь – сядет, но больше ни на что не реагирует, глаза у нее пустые. До восьми лет жила она у Омалы, да ведунья совсем старая стала, занемогла, да вскоре и померла. Пока Нияна у ведуньи жила, я им всячески помогал и продуктами, и деньгами, а когда ведунья померла, забрал Нияну к себе. Нанял бабку за ней ухаживать. Все пытался ее вылечить и к кому только я не обращался, да толку никакого, все только руками разводят. В начале лета ей уже пятнадцать лет исполнится, все девушки будут проходить посвящение, а она…
Виноват я перед дочерью, сильно виноват, не могу я жить спокойно, когда она вот такая. И если что-то со мной случиться, она погибнет. Только на тебя, колдун, вся надежда.
- Говоришь, живая и в то же время не живая, - задумчиво барабаня пальцами по столу, сказал колдун,- а еще дети у тебя есть? Ничем не болеют?
- От Оруны у меня трое детишек, две девочки, девяти и шести лет, и сын, трех лет. Все, слава Всеясному, здоровы, ничем не болеют.
- Странная болезнь у твоей дочери. Если это связано с нарушением ее разума, то я ничего сделать не смогу…, но ты говоришь, что-то мать прошептала над младенцем и ребенок замер? Интересно… и непонятно. Девочку надо осмотреть. Хорошо,- решительно произнес колдун, выпрямляясь в кресле – в самом конце весны пришлешь за мной обоз, до лета я постараюсь подготовить все, что смогу. Услуги мои стоят не дешево, знаешь?
- Господин колдун я, конечно, не самый богатый человек в Руздали, - устало сказал купец, - но думаю, что смогу с вами расплатиться.
Распрощавшись, купец ушел, а колдун, если точнее, магистр магических наук, маг Вербер, преподающий дополнительный курс нетрадиционной магии в академии Магии и Ведовства Миеронии, остался сидеть за столом, задумчиво теребя в руках какую-то безделушку. Мысленно перебирая весь разговор, он рассуждал сам с собой, - «Если мать обладала магией темных, то она, вполне, могла умереть добровольно, одной только силой воли. Но как она могла так поступить с собственным ребенком? Забрала ли она душу у своего ребенка или разум? Если дитя безумно, то сделать уже ничего нельзя. Если мать, умирая забрала с собой его душу то, как девочка вообще жива до сих пор? Прожить пятнадцать лет без души, это какая же энергия жизни у нее должна быть? Следует почитать трактаты древних, может я и найду, что-то подходящее для этого случая».
2 глава
В конце весны за магом Вебером в Вельвольск прибыл обоз из Руздали, от купца Колуяна. Предварительно, они уже оговорили все в письмах и Колуян ждал его в селе Истровель. Дорога заняла пять дней езды в хорошей дорожной коляске до Руздали и еще день до Истровеля.
Вербер специально просил привести дочь Колуяна в Истровель, к своей ученице - ведунье Любее. Не далеко от села стоял очень древний алтарь с жертвенным камнем и статуей бога Вахобы. Бог Вахоба был одним из самых древних богов, и в одних трактатах он был – богом жизни, в других богом судеб. Вербер нашел описание одного очень старинного обряда, по которому можно было разбудить или вернуть душу в тело, которое еще не умерло. И посвящен он был именно богу Вахоба. Вот этот обряд маг и собирался провести, чтобы разбудить, как он считал, спящую душу Нияны с помощью Любеи и отца девочки.
К концу шестого дня пути маг прибыл в Истровель. Любея жила на окраине села, недалеко от светлой, березовой рощи, за которой протекала река Истрова, берущая начало с Железных гор. Дом ведуньи был небольшой - две комнаты и кухня. В дальней комнате, на невысокой кровати, уложили девочку. Колдун, поручил слуге распаковать багаж, поздоровался с Любеей и Колуяном встречавшими его, а затем прошел в дом, в комнату к больной.
Это была очень худенькая, бледная девочка, совсем еще ребенок. На вид, ей можно было дать лет десять, но никак не пятнадцать, расслабленные мышцы лица, апатичный, ничего не выражающий взгляд. Вербер наклонился над ней, пристально вглядываясь в глаза, затем отодвинулся и громко хлопнул в ладони около уха девочки, веки ребенка слегка дрогнули. Затем он положил ей руки на голову и некоторое время сидел молча, погруженный вглубь себя, потом встал и медленно вышел в другую комнату. В этой комнате его ждали Любея и Колуян.