Я прислушалась к своим ощущениям, да, действительно, даже закрыв глаза я чувствовала, как нечто исходило от моей водяной подруги, и у меня не было слов, что бы это описать – это было так здорово!
- Я чувствую это, и вижу! – обрадовано поделилась я своими наблюдениями со своей учительницей. Она заинтересованно посмотрела на меня.
- Я уже поняла, что в тебе не только человеческая кровь и кровь нимф, в тебе понамешано много чего, а вот что это даст тебе?
Попробовав еще и еще раз, и убедившись, что у меня стало получаться, я поблагодарила ее и побежала домой, решив, что надо будет еще потренироваться где-нибудь в лесу на птицах и каких-нибудь зверюшках, если удастся их увидеть.
После обеда я, весьма довольная собой, пошла в лес. Ноги как-то сами привели меня на вчерашнюю поляну. Еще даже не выйдя на нее, я поняла, что там что-то изменилось. А когда вышла, увидела, что трава на поляне утоптана так, как будто тут маршировал небольшой отряд. К статуе был привязан человек. Я осторожно подошла поближе. Человек был обнажен до пояса, его руки были заломлены назад, как бы охватывая статую, он весь был плотно примотан к ней толстыми веревками. Голова его безвольно свесилась на грудь, тело в ссадинах и кровоподтеках, длинные светлые спутанные волосы закрывали лицо. Я подошла еще ближе, рассматривая его. Это был совсем молодой юноша, лет семнадцати, под газами залегли глубокие тени, один глаз заплыл синяком.
- Эй, ты живой? – окликнула я его, и тронула за локоть.
- М-мм, - глаза незнакомца чуть приоткрылись. Он окинул меня туманным взглядом, в котором была такая мука, что…
Я посмотрела его ореол, в его составе были и голубые и золотые всполохи, но совсем слабые, а зеленый ореол был тоненьким-тоненьким.
Не знаю, что он там такое натворил, и за что его так наказали, но мне стало его жалко. Я разрезала веревки которые его держали. Парень рухнул безвольным кулем к ногам статуи и потерял сознание. Я стала оттаскивать его подальше от идола, он был выше меня и шире и это далось мне с большим трудом. Когда я оттащила его на расстояние двух шагов, то вдруг поняла, что не могу больше сдвинуть его с места. Было такое впечатление, что в определенном месте он, именно он, натыкается на стену. Я пробовала развернуть его ногами от статуи и тащить его за ноги, но его ноги упирались в невидимую мною стену. Я вся измучилась стараясь перетащить его через этот рубеж. Наконец обессилев я села рядом с ним на землю. В сознание он не приходил. Немного отдохнув, я решила посмотреть на тот рубеж, который не пропускал избитого юношу так же, как и на его ореол, и я увидела, что и статуя, и я с парнем находимся, как бы в полупрозрачной, голубой с фиолетовыми сполохами трубе, уходящей в самое небо. Это была та стена, за которую я не могла его перетащить. Я уселась на землю рядом с юношей. Он лежал около меня как сломанная кукла. Нагнувшись, я послушала, бьется ли у него сердце. Сердце билось, но удары были редкие и слабые, было ясно, что если ему в ближайшее время не оказать помощь, он умрет. Ореол его жизненной силы просвечивал тоненькой пульсирующей ниточкой. Мне стало страшно. Вот сейчас, рядом со мной, умрет молодой, красивый юноша. И в любой момент сюда могут придти те, кто его приговорил к такой смерти. Уйти, бросив его здесь, не могу, и сделать ничего не могу! На меня накатила волна отчаяния. Что же делать?! Сидя я обхватила свои колени руками и уткнулась в них лбом, пытаясь придумать выход их создавшейся ситуации. Я бы могла подуть на него, как тогда на сокора, когда нашла его умирающим, вливая свою жизненную силу, но тогда я только чуть-чуть подула, а голова у меня сразу ощутимо закружилась. И даже если он очнется, то вряд ли сможет дойти сам до моей избушки, и смогу ли я тогда дойти туда? А самое главное – он все равно не сможет выйти за эту прозрачную стену! «Так, думай, думай!»- приказывала я себе. Что делал маг, когда меня привезли к такой же статуе? Он первым делом отрезал немного моих волос и положил на … . Да, на правую руку статуи, потом проколол мне руку ножом, выдавил пару капель на лезвие и слил их на левую руку той же статуи. После этого начал бормотать какие-то заклинания. Я половины не расслышала, так как в ушах сразу же зазвенело. Заклинаний я никаких не знаю. Ну и пусть. Когда Карлушу оживляла, я же заклинаниями не пользовалась, и Бия меня без заклинания научила ореолы разных сил видеть. Ну, что же, попробуем, другого выхода нет.
Вытащив свой кинжал, я отрезала клок волос у парня, потом проколов у него палец, выдавила на лезвие кинжала несколько капель крови. Подойдя к статуе, я аккуратно слила с лезвия на ее левую ладонь кровь, на правую положила волосы. Потом, встав напротив лица идола, я вслух сказала: - «Отпусти!». Потом еще раз, потом еще, потом я просто закричала в голос вкладывая в этот крик все свое отчаяние, страх, бессилие, мольбу: - «Отпусти, отпусти, ОТПУСТИ!!!»