- Это наследство моей матери, - удивленно ответила я.
- Не может быть, у моей матери только один ребенок, и это я – воскликнул эльф.
- Не знаю кто твоя мать, а моя мать родила меня тоже одну и после родов умерла, а это осталось мне в наследство после нее, - я уже начинала злиться, нет, ну в самом деле, вытащила его на себе, еле откачала, а он еще права на мой кулон заявляет!
- Успокойтесь, дети! – вмешался Эсэн, - Расскажи нам о себе, - обратился он к эльфу.
- Меня зовут Всеясениэль, я сын Невероэля из дома Падающего листа и Заринэлины из дома Лилии обвитой листьями, – гордо ответил эльф.
- Твоя мать из дома Лилии обвитой листьями, а кто родители твоей матери? – как то напряженно спросил фавн.
- Моя бабка была лесной нимфой ее звали Эва, и она умерла, когда родилась моя мать, а мой дед Дариэль из дома Лилии обвитой листьями, он состоит на службе у нашего повелителя как и мой отец, - немного удивленно ответил Всеясениэль.
- Нет, это просто невозможно! – возбужденно воскликнул Эсэн.
- Что невозможно? - все более удивляясь спросил эльф.
- Сначала в лесу появляется странная девочка, и она оказывается моим потомком, так как я чувствую в ней печать своей магии, потом она притаскивает полуживого эльфа, который приходиться мне правнуком! Твоя мать – это моя внучка, а твоя умершая бабушка Эва – была моей дочерью, - немного успокаиваясь пояснил фавн.
- Тогда судя по всему мы с Всеясэль…., Весьясень…., короче с этим молодым человеком – родственники, - вступила я в разговор.
- Ну, в принципе он может быть твоим отцом, - пожимая плечами сказал Эсэн, - сколько вам лет, юноша?
- Мне только недавно исполнилось шестьдесят пять, но я не могу быть ее отцом! Этого не может быть! – воскликнул эльф.
- А тебе сколько лет, Нияна, - обратился ко мне фавн, не обращая внимания на выкрики молодого человека.
- Мне в начале лета исполнилось шестнадцать, - ответила я с все большим любопытством рассматривая юношу, это надо же, ему шестьдесят пять лет!
- Я же эльф! – с отчаянием выкрикнул он, - мы же позже людей взрослеем, я в сорок девять лет еще не…, то есть у меня еще…., - он окончательно смутился и замолчал.
- Ну, Нияна тоже на человека не совсем похожа, и тоже выглядит моложе. Но тогда, либо у моей дочери должен был быть еще один ребенок, а это не так, либо у твоей матери был еще один ребенок, и ты об этом не знаешь, - успокаиваясь сказал Эсэн,- но так или иначе – вы двое, мои прямые потомки и я это чувствую. В тебе Всеясениэль сильнее, в тебе Нияна - немного слабее, но это есть.
Все замолчали. Я стала готовить кашу и залила в закопченный чайник воды, чтобы потом приготовить чай.
- Как ты оказался у Черных послушников, и что ты собираешься делать дальше? - спросил у эльфа фавн.
Эльф рассказал довольно интересную историю. Оказывается, эльфы где-то в двадцать пять лет идут в так называемую школу общего развития, потом в сорок пять лет поступают в школу эльфийской магии, в шестьдесят лет они определяются с выбором дальнейшей профессии. Вот тут-то у нашего эльфа и начались разногласия с родителями. Отец видел его служащим, так же как и он сам, при дворе повелителя эльфийской страны. Для этого Всеясениэлю было необходимо продолжить свое образование в Академии магии людей, где проходили обучение другим видам магии все, кто поступал на соответствующий факультет. После окончания академии, учение должно было быть продолжено в высшей эльфийской школе дипломатов и политиков. Вот только молодой эльф хотел обучаться изящным искусствам – музыке, пению, сложению стихов и песенных баллад. Надо сказать, что он считал себя очень одаренным в этом направлении, и в будущем видел себя знаменитым менестрелем всех времен и народов. Причем считал, что буквально все, кто услышат его песнопения на мотивы и стихи собственного сочинения, конечно же сразу его оценят. И это ничего, что среди своих сверстников пока не нашлось ни одного его поклонника. Это все потому, что его баллады приближены для понимания и к гномам, и к людям, и к эльфам, короче говоря, ко всем, кто его еще не слышал. Для этого, он считал, ему было необходимо поступить в эльфийскую школу изящных искусств, чтобы отточить свое мастерство.
Отец, не слушая возражения сына, оплатил его обучение в Академии Магии и Ведовства Миеронии, и приказал своему потомку следовать тому пути, который выбрал за него. Как раз в то время, когда Всеясениэль должен был быть отправлен в Вельвольск, отца срочно вызвали с дипломатической миссией в столицу ийерхов. Миссия обещала быть затяжной, и как долго он мог там задержаться, не знал никто. Воспользовавшись этим, молодой эльф упросил мать не отправлять его в академию, а разрешить обучаться в школе искусств. Та сдалась уговорам сына, и он обучался последние пять лет в этой школе и жил все это время дома, так как школа была расположена в том же городе. Причем отец, приезжая домой на короткое время, ни разу не застал его, так как предупреждал о приездах заранее. А потом все случилось как в анекдоте. Папаша заявился без предупреждения и застал своего сыночка праздно валяющимся на мягких диванах отчего дома. Разразился скандал, причем влетело и сыну и его слабохарактерной матери. И тут наш будущий всемирный бард решил всем показать, что он и сам о себе может позаботиться. Он схватил телепортационный кристалл и свой струнный инструмент, который он называл олэя, высказав отцу, что он сам себе пробьет в жизни славу знаменитого менестреля, переместился, но вместо перемещения на дорогу, ведущую его из эльфийской страны, он переместился в странную комнату с начерченными на полу знаками. В комнате стояли фигуры, облаченные в черные балахоны, с капюшонами, закрывающими лица. Эльф, естественно, не захотел быть жертвенной овцой, за что и был серьезно избит, а в дальнейшем его привязали к статуе бога Хора. Остальное он помнил с трудом. Помнил, как я отвязала его от статуи, смутно помнил, как я тащила его по лесу, а потом, уже более отчетливо, как я переливала ему свою энергию.