- Спасибо! Я даже не подозревала, насколько можно, с помощью косметики, преобразить мое лицо, - восторженно поблагодарила я мастера. Разглядывая себя в зеркало, я пришла в восхищение.
- Пожалуйста, но только это не совсем косметика, скорее это лекарство. Ваши ресницы и брови были такими от рождения, но, видимо, какое-то заболевание не дало им развиться как нужно, я только регенерировал поврежденные корни ресниц и бровей, теперь они всегда будут такими, - ответил мастер.
Поблагодарив его, я встала с кресла и тут на меня накатила волна чувства опасности, потом страха, да так сильно, что я, не устояв на ногах, упала на колени и тут же в висках застучали тупые молотки боли. Что-то случилось с Ясенем, я это почувствовала, что-то плохое.
- Что с вами! – испуганно вскрикнул мастер, бросившись поднимать меня с пола, - Вам плохо?
В это время в комнату вошла Зариэнэлина.
- Нияна, что с тобой? – испугалась она, подбегая ко мне.
- Ясень, с ним что-то случилось, - с трудом поднимаясь на ноги сказала я, - Нам нужно домой.
Домой мы не ехали, а буквально летели. Вбежав в дом мы узнали, что Всеясениэль с отцом отправились на конную прогулку по берегу оврага.
28 глава
28.
К началу ужина Ясень и его отец не пришли. Заринэлина и дед за столом все время напряженно переглядывались. Вдруг раздался громкий стук и в комнату влетела пожилая служанка-полукровка:
- Несчастье-то какое! Ведь оба, сразу! – дальше она говорить не смогла, просто рыдала в голос.
Мы все вскочили.
- Что?! Что случилось? – зычным голосом рыкнул Даринелиэль.
- Они поехали прокатиться верхом, перед ужином - ди Лин Всеясениэль и ди эн Лэн Нивероманиэль, - захлебываясь и всхлипывая рассказывала служанка, - а по дороге обе их лошади пали, одновременно! Отравили лошадей то! Бедные животных просто замерли на скаку. А господа то и упали, оба!
В это время в гостиницу вошел ди эн Лэн Нивероманиэль, а сзади него двое из дворцовой прислуги вели Всеясениэля. У меня немного отлегло от сердца – живы! И тот и другой были в крови, Нивероманиэль прижимал к груди руку, у Ясеня был рассечен лоб. Сразу вызвали лекаря, пострадавших развели по комнатам. И пока Зариэнэлина распоряжалась насчет теплой воды и бинтов, Даринелиэль отправился к повелителю.
Когда ушел лекарь, я потихонечку проскользнула к Ясеню. Он лежал в постели с забинтованной головой, бледный, с лихорадочно блестящими глазами. Увидев меня он постарался улыбнуться. Мне стало ужасно жалко его, я так привязалась к нему последнее время. Он и впрямь стал мне родным.
- К тебе можно? Ты как? – подойдя к кровати я участливо спросила, - Может силой помочь?
- Можно, заходи, - ответил он, - а силы не надо, я сам справлюсь,
- Ясень! Живая вода! – я даже всплеснула руками оттого, что вспомнила, - Ведь Бия подарила мне склянку с живой водой, как же я могла про нее забыть?
Выскочив из комнаты Всеясениэля, бегом припустила по коридору в свою комнату. Краем глаза я заметила как в другую сторону от комнаты Ясеня быстро удаляется служанка Ларину. Что она здесь делала? Но долго размышлять над этим не было времени. Взяв в своей комнате флакон с живой водой, я бегом вернулась в комнату Ясеня.
- Вот, давай, пей! – запыхавшись, я никак не могла открутить крышку, наконец справившись с ней, подала флакон эльфу. Он осторожно сделал глоток, потом еще. Спустя некоторое время щеки его порозовели, а мелкие ссадины на руках затянулись.
- Ты опять меня спасаешь, - улыбнулся он, - Как тогда в лесу.
- Да ладно тебе, - я присела на край кровати, - ты бы и сам поправился, а вода просто ускорила заживание. Расскажи, что произошло?
- Отец захотел со мной поговорить насчет будущего, насчет учебы, жизни, – начал свой рассказ Ясень, - Он пригласил меня проехаться на лошадях. Мы и раньше с ним любили такие верховые прогулки и всегда ездим по одному маршруту, по берегу оврага. Овраг глубокий, на его дне много крупных камней и между ними течет ручей. Там очень красиво, но и опасно. Поэтому немногие решаться там погулять, а нам надо было поговорить без свидетелей, наедине. Выехав из дома, мы направились туда, но по дороге задержались, точнее я задержал нас. Видишь ли, Нияна, когда я рассказывал тебе, почему я не поехал учиться в Вельвольск, это была полуправда. Я был еще и влюблен, причем безответно. Она на меня почти не обращала внимания, а я считал ее самой красивой, самой умной девушкой на свете. Тогда я просто не мог заставить себя уехать так надолго от любимой. Но после того, что со мной случилось, все как-то перевернулось. То ли я стал взрослее, то ли взглянул на все по-другому, только вернувшись домой я понял, что не люблю ее, не знаю, как это произошло. И выехав сегодня на прогулку, мы с отцом повстречали экипаж Селинэль. Она сама окликнула меня! Это было впервые, обычно я искал повод и возможность с ней заговорить, но она отвечала лишь кивком или парой высокомерных фраз. Если мы попадали вместе на бал или прием, то я старался быть как можно ближе к ее компании, а она делала вид, что не замечает меня. А тут заговорила со мной первая! Стала интересоваться, где я пропал, и все такое… Можно сказать, этим она спасла мне жизнь, если бы мы не задержались, то лошади пали бы около оврага, и мы с отцом переломали там себе шеи.