Меня переполняла жалость и боль за сокора, мне хотелось немедленно что-то сделать для него, может во флаконе с живой водой осталась хоть одна капелька? Пока я бежала прижимая к себе птицу, мои руки, зубы и волосы приобрели привычный вид. Вскоре я добежала до края деревни, где меня ждали эльф и ипостасный.
- Я не могу вдохнуть силу Карлуше, - задыхаясь и находясь на грани истерики почти проорала я Ясеню, падая с размаху на колени около рюкзаков.
- Нияна, ты успокойся, успокойся, - испуганно захлопотал около меня эльф, вытаскивая из рюкзака наш спасительный флакон и переворачивая его над полуоткрытым клювом Карлуши. Из флакона скатилась одинокая капля, вода не успела собраться. Капля попала птице на перья, так как руки у меня тряслись, из глаз у меня хлынули слезы и вдруг на меня сверху опрокинулось ведро воды. Я в недоумении огляделась, приходя в себя, рядом с виноватым видом стоял Василь и немного растерянно разводил руками.
- Ты бы иначе не успокоилась, - виновато сказал он, - ты успокойся и попробуй все с начала.
Я аккуратно наклонилась над сокором и тихонечко подула на него, желая передать ему жизненную силу, и она яркой зеленой струйкой потекла от меня к нему. Он тут же встрепенулся. Я, обрадовавшись, что у меня получается, подула на него еще раз, посильнее, и широкая зеленая струя жизненной силы влилась в моего подопечного. Он расправил крылья, взлетел и тут же сел мне на плечо, прислонив свою голову к моей щеке, передавая мне волну благодарности. Потом он передал мне все, что с ним случилось.
Оказывается, он вылетел на окраину деревни и решил нас там подождать, но тут его заметил один из тех трех мужиков, которые потом сидели в той избе и набросил на него сеть. Он привыкший к тому, что люди настроены к нему доброжелательно даже не подумал вырваться. Сеть же сразу парализовала моего сокора. Затем его притащили в эту забегаловку, и пересадили в клетку. Тот мужик, который его поймал, занимался особым промыслом. Он делал чучела из редких птиц и животных, которые обладали какими либо магическими свойствами. Простые охотники поймать или пристрелить таких птиц и животных практически не могли, а этот заплатил немалые деньги черным храмовикам за зачарованные силки, сети, стрелы и клетки.
Все это, я пересказала Ясеню и Василю, потом описала битву в избе, рассказав, что от злости я смогла выпить жизненную силу напавших на сокора, при этом утаив, что мой вид в тот момент весьма поменялся.
- Наверное я их убила, - осознавая, что я сделала, тихо и виновато сказала я, - но если бы я не поступила так, то они бы убили Карлушу. Может быть надо было действительно заплатить им?
- И через полчаса они убили бы и тебя и твою птицу, - спокойно ответил Василь, - знаю я такую публику, они и на нас охоту устраивают, им ведь все равно, разумный зверь или нет, а сколько они детей ипостасных загубили, сказать страшно. Это оборотни после смерти свой истинный, человеческий образ принимают, а ипостасные в каком виде смерть настигнет в таком на тот свет и отходят, ведь у нас обе ипостаси истинные. Вот если бы вы меня из петли не вытащили, то я так бы котом и умер. Не переживай Ний или вернее сказать Нияна?
Я удивленно взглянула на него, потом переглянувшись с Ясенем мы поняли, что проболтались и пожав плечами ответила: - Да, ты прав, я Нияна, девушка, но сам понимаешь, путешествовать таким образом нельзя.
- Понятно, влюбленные менестрели странствуют по дорогам Иерхона, - иронично протянул ипостасный.
- Да ничего ты не понял, - взорвался Ясень, - Нияна, она для меня как сестра, она вообще моя кровная родственница, чтобы ты знал, вот смотри.
И он вытащил свой родовой кулон, прислонил его к моей руке в кулоне слабо запрыгали золотистые искры.
- Ну вы даете! – искренне удивился Василь, - я действительно подумал, что вы любовники.
- А тебе в голову не пришло, что я для любовницы немного молода? – спросила я Василя внимательно наблюдая за его реакцией, - Я действительно, очень привязана к Ясеню, причем в буквальном смысле, но неужели же мы похожи на влюбленную парочку?
- Да нет, в общем то не очень, - ответил ипостасный, - да ладно, не дуйтесь, давайте отсюда уходить, а то не ровен час, кто нибудь нас тут заметит.
Мы далеко обошли деревню и уже затемно вышли на ту же дорогу, по которой путешествовали, но с другой стороны этого неприветливого поселения. Дорога проходила по полям со стогами скошенного сена. Василь предложил переночевать в одном из таких стогов. На небе ярко светила огромная яркая зеленая луна, было достаточно светло, мы облюбовали один из стогов, потом раскопали в нем довольно просторную нору, постелили вниз полотно и, присев перед стогом, перекусили тем, что у нас было, запив все это водой из фляги. Потом ребята единогласно решили, что самой первой в стог лезу я с Карлушей, потом Ясень, а самым последним Василь.