Проснулась я от того, что мне невыносимо жарко. Лежу в одиночестве на боку, под головой рюкзак, зато с головой укрыта свободной половиной пледа. Как ни странно, но первой пришла мысль благодарности, что не дал мне сгореть под солнцем, а уже второй, что оставил меня одну. Медленно поднявшись, я подошла к воде и умыла лицо прогнав остатки дрёмы. Оделась, сложила плед и набрав в лёгкие побольше воздуха окрикнула Андрея. Осипшие после сна голосовые связки сорвались на высокий фальцет прозвучав криком, наполненным тревогой. Возникшую было на несколько секунд тишину разорвали громкие приближающееся звуки хруста веток и сминаемого кустарника, словно по лесу мчалось кем-то преследуемое стадо кабанов. Спустя несколько секунд из леса вывалился Андрей и озабоченно стал озираться по сторонам. Просканировав окружающее пространство на наличие опасности и убедившись в её отсутствии он быстрым шагом направился ко мне.
Лицо покрасневшее, мокрое, глаза расширены, выбившиеся из хвоста пряди волос налипли на лоб и щёки, дыхание глубокое. По его внешнему виду мне стало очевидно, что всё время пока я спала он бродил по лесу, но вот почему он такой возбуждённый я могла только догадываться. Не дав мне задать вопроса, он лишь подхватил с травы рюкзак и проронив загадочную фразу: «Я нашёл, пошли», чуть ли не потащил меня за собой. Обогнув озеро и зайдя неглубоко в лес, мы упёрлись в огромную каменную глыбу размером с пятиэтажный дом, выходящую прямо из горы.
Её крутые склоны с острыми выступами были плотно обвиты плющом, а подножье скрывал густо поросший кустарник. Неужели вид этой скалы смог так его взбудоражить? Но ответ пришёл, когда Андрей раздвинул в стороны ветви кустов. От увиденного я буквально опешила, а по спине пробежался холодок. Перед моим взором предстала мрачная расщелина, выходящая из чрева горы. Её высота составляла около двух метров, а ширина не более метра. Я стояла словно загипнотизированная и не могла пошевелиться, мой взгляд был прикован к этой наполненной тьмою трещине. «Если долго всматриваться во тьму, то тьма начинает всматриваться в тебя», - когда-то сказал один из классиков. И он оказался полностью прав. Я действительно чувствовала на себе этот взгляд, он манил и в то же время пугал своей неизвестностью. Не знаю сколько времени я так простояла истуканом, но вернул меня в реальность легкий тычок в плечо.
Андрей уже вёл подготовку к экспедиции. Он, используя мачете вырубил все кусты, мешающие проходу. Достал катушку с нейлоновой нитью и закрепил её у себя на рюкзаке, а свободный конец привязал к вбитому колышку у входа. Нацепил на голову налобный фонарь и проверил наличие запасных аккумуляторов. Попрыгал на месте убеждаясь, что ничего на нем не бряцает и не издает шума. Когда, по его мнению, всё было готово, он развернулся в мою сторону и пристально всматриваясь в мои глаза, удерживал на раскрытой ладони чехол с фонариком. В его взгляде не было ни просьбы, ни принуждения, а лишь холодная сосредоточенность. Он давал мне право выбора, последовать за ним в неизвестность или же остаться. От его жеста в сознании калейдоскопом пронеслись изнеженные лица всех приторных поклонников в дорогих костюмах с предложениями колечек, серёжек и браслетиков. А сейчас передо мной стоит мужчина в простом армейском камуфляже и предлагает всего лишь фонарик. Сперва медленно и неуверенно я стала протягивать к нему свою руку, а потом резко выхватила фонарь из его ладони, на что Андрей отреагировал широкой улыбкой и одобряющим кивком. Провёл мне короткий инструктаж по безопасности и доверил сверхважную миссию: помимо того, чтобы не расшибить себе лоб и не поломать ноги, я ещё слежу за катушкой нити, прикреплённой к заднему клапану его рюкзака. Чтобы она ни в коем случае не оборвалась, потому что именно с её помощью мы сможем вернуться на поверхность если лаз окажется с разветвлениями, прямо Ариадна и Тесей в лабиринте минотавра.
Пройдя около пятидесяти шагов по прямому, относительно комфортному проходу, тоннель начал плавно уходить вправо и вниз. Мы оказались в совершенно другом мире, не знающим солнечного света, в котором властвует лишь сырость, холод и мрак. По мере нашего продвижения по подземелью в воздухе всё отчётливее ощущался земляной запах, конденсат всё обильнее покрывал каменные стены, а с потолка всё чаще срывались капельки воды. Я старалась держаться как можно ближе к стене, постоянно придерживаясь за неё рукой, чтобы не поскользнуться на мокрой, раскисшей глине. Периодически на полу попадались обвалившиеся со стен и потолка камни, выступающие для нас надёжной опорой, для очередного шага. Никаких звуков, ничего живого, лишь тьма каменного прохода, а над нами сотни и сотни тонн горной породы. Андрей начал замедлять шаг и остановился. Достал сигарету, прикурил, глубоко затянулся и выпустил густое облако в потолок, после чего сразу затушил её. По-моему, не лучшее место для перекуров, но дело оказалось совсем не в дозе никотина. Дым начало сносить в сторону входа, что свидетельствовало о наличие воздушной тяги, значит в конце этой кишки есть выход. Меня эта новость взбодрила, ведь осталось ещё немного пройти по этому мрачному гроту, и я снова окажусь в мире, наполненном солнечным светом, где отовсюду слышно пение птиц.