— Помоги мне снова придвинуть его к стене. Пока полицейские ничего не заподозрили и не сунулись сюда.
— Вот так, — облегченно вздохнул он, когда пианино встало на прежнее место. — А теперь пусть это будет нашей маленькой тайной, Лу.
— Не понимаю.
— Лучше тайника ты все равно не найдешь, — подмигнув сестре, ответил Вильям. Он не собирался выдавать ее друзей.
— Вильям, миленький! — В знак благодарности Лоретта обняла брата за талию.
С улицы донеслись нетерпеливые гудки полицейских машин, предупреждавшие о том, что их время истекло. Вильям погасил везде свет, запер дверь и отдал ключи поджидавшему их на улице полицейскому. Лоретта несла посуду, столовые приборы и меню для ресторана, а Вильям — пластинки и проигрыватель. Им было тяжело и неудобно идти, но они шли прямо, с высоко поднятыми головами, не обращая внимания на выстроившуюся вдоль тротуара длинную вереницу патрульных машин.
Глава 10
Школа была серым громоздким каменным зданием с высокими железными воротами и круглыми башнями по бокам. Раньше Лоретта сравнивала ее с замком, но теперь она напоминала ей тюрьму. За ее стенами учили лжи: «Полицейский — твой друг», «В Америке каждый может стать президентом» и тому подобное. Как и в церкви, другом большом и сером каменном здании, где тебя учили: бог справедлив.
Чем больше и удобнее здание, казалось Лоретте, тем большей лжи в нем учат. Если бы Лоретта могла, она бы разрушила их все до основания, а уроки и богослужения проводила под открытым небом, чтобы хоть капелька правды могла туда пробиться. Лоретта решила, что больше никогда не пойдет в церковь, и, как только подрастет, бросит школу. Придя в школу сегодня утром, Лоретта меньше всего была настроена на стихи о трудолюбии и призвании, крылатые выражения о демократии и проповеди о свободе и равенстве для всех. Но ей придется терпеть это по крайней мере еще полтора года, пока ей не исполнится шестнадцать лет. Как она это вынесет? Раньше, когда она была достаточно наивной, чтобы верить в красивые, обнадеживающие слова учителей, она любила ходить в школу. Но теперь ей не терпелось выбраться отсюда поскорее. Может быть, если я буду часто прогуливать уроки, меня исключат, подумала Лоретта, повернулась и направилась к выходу.
Но путь ей преградил мистер Лючитано. Он был вдвое старше Лоретты, но до сих пор верил во все эти пустые фразы.
— С добрым утром, Лоретта, — приветствовал он ее, широко и глупо улыбаясь.
— Здрасте, — буркнула в ответ Лоретта.
— Можно тебя на минутку? Я хотел бы с тобой поговорить.
Лоретта молча последовала за ним в музыкальный кабинет. Мистер Лючитано сел за стол и принялся рыться в каких-то бумагах.
— Садись.
— Спасибо, я постою.
— Как хочешь, — удивленно приподнял свои черные брови учитель, потом продолжал: — Лоретта, я просто хотел сказать тебе… Я слышал о том, что у вас стряслось в эту субботу, и сожалею об этом самым искренним образом. Я просто хочу, чтобы ты знала: мы делаем все возможное, чтобы как-то компенсировать вам ущерб.
— Компенсировать? Кого? Джетро?! — Лоретта рассмеялась в лицо учителю.
Брови мистера Лючитано взметнулись к самым его волосам.
— Напрасно вы думаете, что все настроены против вас, — сказал он. — У вас много друзей. Сегодня в двенадцать часов дня делегация учителей отправляется в мэрию по вашему вопросу. Мы намерены потребовать, чтобы полиция оставила вас в покое и немедленно открыла ваш клуб.
— А зачем? — спросила Лоретта.
Лицо молодого учителя скривилось от боли, как у Вильяма. Так тебе и надо, подумала Лоретта.
— Как это — зачем?.. Ну, чтобы вы могли продолжать там свои занятия, — озадаченно произнес мистер Лючитано. — Мы хотим также ходатайствовать о том, чтобы город дал вам некоторые денежные средства. Вы смогли бы приобрести на них необходимый вам инвентарь. Может быть, они выделят для вас штатных учителей и культурных организаторов. — Радостная улыбка вернулась на лицо учителя. — Кто знает, а вдруг из этого что-нибудь да выйдет. Как говорится, нет худа без добра.
Он улыбался ей своей идиотской улыбкой.
— Не нужны нам никакие учителя, — сказала Лоретта. — Они на каждом шагу обманывают нас и вообще сбивают нас с толку… Не надо ничего открывать. Я поняла, что этот клуб — не такая уж хорошая затея.
— Нет, что ты, Лоретта! — воскликнул учитель. — Это замечательная затея!
— Когда не знаешь то, что делаешь, лучше оставить все как было, — заявила Лоретта, пытаясь объяснить учителю то, что недавно поняла сама.