Индейские Боги
Летним тёплым вечером я сидел в пабе, в пыльном, захудалом городишке на Диком Западе в компании двух ковбоев: Меченного Фреда и Худышки Фреда. Две полнейшие противоположности. Меченый – хмурый крепкий фермер, при всей своей сельской мешковатости отличный стрелок, наездник и метатель всего, что попадётся под руку, от игральной карты до колуна. Сегодня он был пьян и весел. Полуразвалясь, восседал он на стуле, наблюдал за танцующими девушками на сцене, и сыпал солёными шуточками. О Худышке нельзя было сказать что-то определённое. Худой, вертлявый повеса, без цента в кармане. Большой любитель повеселиться за чужой счёт. Вот и сейчас скорчив мефистофельскую рожу и подмигнув мне, он обратился к Меченому:
- Слушай, Фредди, а индейские Боги есть?
С Меченого хмель как рукой сняло. Он насторожено обернулся к Худышке, и цедя сквозь зубы произнёс:
- Есть. И не дай тебе Бог с ними повстречаться.
- Ну, так расскажи – безмятежно произнёс Худышка, словно не замечая произошедшей метаморфозы.
- Если вам интересно господа, я расскажу. Эй, Худышка, принеси-ка, бутылочку виски, за мой счёт.
Судя по всему, это была обычная реакция Меченого на разговор о местных Богах, потому что Худышка резво подскочил, заговорщицки подмигнул мне и спустя минуту весело разливал по стаканчикам коричневое пойло.
- Я ведь живу тут с самого основания этого городишки - задумчиво начал рассказ Фред.
- Во всей округе не было не то, что паровозов, нормальный экипаж считался чудом. Жизнь тихая и размеренная. И вот два года назад я повстречался с Эстсанатлеи. Она появилась в городке неожиданно. При виде её индейцы падали на колени и становились совсем дурачками. Раскрашенная пёстрая девка, с удивительно ладной фигуркой, не более того. Она вошла в паб в самый разгар веселья. Дым висел под потолком густым туманом. Под стойкой примостился толстый Стив, уже принявший свою «норму». В дальнем углу компашка азартно «резалась» в покер. Но как только она вошла, мгновенно стало тихо. Так тихо, что стало слышно, как кони хрумкают овёс на улице и капает со стойки пролитое виски. Первым опомнился Хью-матерщинник. Он звонко шлёпнул карты на стол и пьяно просипел:
- А ну, пошла прочь, потаскуха! Или ты не знаешь, что сюда вход только для джентльменов? – и добавил такое, от чего покраснели даже бывалые завсегдатаи.
- Это было последнее, что ты сказал в этой жизни – неожиданно красивым звучным голосом сказала девушка.
Хью ухмыльнулся, обнажая гнилые зубы, хотел что-то сказать, но в горле у него лишь громко булькнуло. Вместо слов получилось нечто напоминающее коровье Муу.
- Да ты – ведьма! – рявкнул его дружок Вилли. Он быстрым движением выхватил револьвер, и выстрелил в сторону девушки. В последний момент рука дрогнула, и пуля закончила свой полёт во лбу трактирщика, Толстого Пэна, совсем в противоположной стороне от входа, где стояла индианка. За Пэна тут же вступились его друзья, и несколькими секундами позже Вилли мирно лежал на дощатом полу с двенадцатью дырками в теле. Паб наполнился грохотом выстрелов и звоном бьющейся посуды. А девушка исчезла, словно и не было её. Спустя некоторое время я с друзьями выносил и складывал трупы у входа, попутно отмахиваясь от надоевшего, мычащего Хью. Рядом с крыльцом на ящике сидел Вещающий Истину. Тихонько посасывая трубку, он проронил:
- Богов нельзя обижать. Тем более Эстсанатлеи. Глупые, глупые бледнолицые.
Фред поднёс стаканчик ко рту, и вдруг, словно вспомнив, что-то, тревожно посмотрел на улицу. Я тоже оглянулся. На залитой солнцем дороге ничего не происходило. Только кони привычно переступали на коновязи, да на противоположном тротуаре в тенёчке сидел старый морщинистый индеец и безмятежно курил трубку. Фред поморщился, опрокинул стаканчик и продолжил:
- Второй раз, про странных Богов от Вещающего я услыхал месяца два спустя, в Дальнем Урочище. Странное было дело. Странное и страшное. В урочище вдруг стали пропадать люди. Причём, абсолютно без следов. Посланный на разведку конный армейский отряд был найден растерзанным. Останки коней и людей так перемешались, что не возможно было понять где, чьё мясо. Так и схоронили их в одной могиле. Местные власти сразу же подумали на ирокезов. Уж больно нагло вели они себя последнее время. В общем, собрали лучших стрелков и разведчиков округи, под командой местного шерифа и – «вперёд». Награду объявили… После того похода из двадцати пяти всадников в живых остались лишь двое: я и Вещающий. Это он меня спас.