— Итак, вы получили взятку от Значковского? — спросил я.
— Да!
Короткий и ясный ответ.
Значковский уехал на гастроли. Сальников отвел свою «Волгу» в комиссионный магазин и через несколько дней подъехал к месту своей работы на голубом «Оппеле». Пижон с седыми висками. Как он мог не ответить на вопрос, его ли машина, желанным словом «моя»? Он даже похвалился перед сослуживцами, что купил ее за шесть тысяч. В комиссионном. Он устроил и автомобильную прогулку, «пикник», для нужных ему людей.
Беспокоило, конечно, возвращение Значковского. А вдруг, вернувшись, передумает? Доверенность не такой уж надежный документ. Вернулся. Поездка удалась. Значковский, по сведениям, которые получил Сальников, имел большой успех... Он выступал с сольными концертами. А после одного из концертов в большом рабочем профсоюзном клубе ему сделали подарок — автомашину. Он привез ее и, конечно, похвастался Сальникову. «Умопомрачительная машина», — так охарактеризовал ее Сальников.
Он утверждал, что еще раз предложил Значковскому получить деньги. Тот и на этот раз отказался, бросив на ходу: «Катайтесь в свое удовольствие».
Но... однажды Сальников не нашел на стоянке «своей» машины. Значковский забрал ее.
Сальников испугался. Он не знал, как объясниться со своими сослуживцами. Сравнительно недавно купил «Волгу» и тут же ее продал. Хвастался «Оппелем», не мог на него наглядеться, нарадоваться и опять же продал? Спекуляция? А если не спекуляция? Взятка? Не составит труда общественным организациям установить, что Значковский поехал за границу после того, как у Сальникова оказалась его машина.
— И я сорвался! — признался на допросе Сальников. — Сорвался и заметался...
Сальников пошел в милицию и заявил, что у него угнали машину, что он стал жертвой мошенника, который продал ему машину с рук на руки, а потом ее отнял. Да, да, он виноват, но он все же пострадавшая сторона. Значковский, дескать, взял с него четыре тысячи. Мог ли он ожидать, что Значковский выложит ему деньги? Конечно, на это он не рассчитывал. Ему нужно было отвести обвинение во взяточничестве.
Дело расследовалось в следственном отделе милиции по месту жительства Значковского.
В милиции Значковский неожиданно вручил Сальникову пачку денег — четыре тысячи. Следователю он пояснил, что хотел отдать деньги именно в милиции, но тут же потребовал, чтобы Сальников пересчитал деньги. Сальников начал считать, но не выдержал психологической пытки, бросил деньги и пришел к нам...
Во всей этой истории обращало на себя внимание одно обстоятельство: очень уж откровенно Значковский рвался за границу. Да, да, все как будто объяснимо. Гастроли... Зарубежная слава... Не знаю, как насчет славы, но он привез из-за границы роскошную новую машину. Купить он ее не мог: у него не было и не могло быть в таком количестве валюты. Подарок? Мы имели информацию, что это подарок от благодарных слушателей после одного из концертов в Нью-Йорке. Подарок! Меня стали одолевать сомнения. Подарок ли? Темное все же это дело со Значковским.
Справку мне о Значковском дали довольно подробную, однако ясности она не вносила.
Наш герой родился в тридцать третьем году. Меня прежде всего интересовало, кто были его родители, что они за люди. Отец. Он умер в канун войны, когда мальчику было восемь лет. Он был отличным музыкантом. Начал свою артистическую карьеру где-то в первые годы после революции. Играл в оркестре Большого театра на скрипке, а потом стал известен как композитор. Он писал песни. Некоторые из них живут до сих пор.