Но по этой же самой причине никто и не подумает ждать колонну на той дороге. С тяжким вздохом я поднял глаза на Першина. И встретил такой же тоскливый взгляд.
– Знаю, Кир, знаю. И планы у тебя были другие, и дело это вроде как не твое. Но залогом успеха может стать как раз твой высокий индекс туманника. Вероятно, он у тебя сейчас самый высокий в городе, и очень хорошо, что этого пока никто не знает. Я дам тебе помощников из своих, но их ИТ всяко будет поменьше твоего. Дело по-разному может сложиться, возможно, им придется возвращаться с полпути, но ты-то точно способен пройти путь до конца. Ну, а о вознаграждении мы с тобой договоримся. Мухин в курсе, обещал сам подключиться к решению вопроса с премиальными.
– Это вам не со мной, это с ней договариваться нужно, – я указал пальцем себе за спину, имея в виду ушедшую в комнату Ксению.
– Не-не-не, – капитан выставил руки перед собой, – лучше с тобой! Со своей женщиной сам как-нибудь договаривайся, тут я – пас.
Вот так все мои воскресные планы полетели в тартарары. Пришлось идти в незапланированный рейд.
10
Свищ и Ключник шли впереди, метрах в десяти от основной группы. Хотя для нашей четверки название «основная группа» было слишком громкое. Всего нас было шестеро, но раз уж у спецназа заведено пускать впереди головной дозор, то пришлось и нам с Синем подчиняться их правилам. И нужно отдать должное разведчикам Першина – шли мы быстро, гораздо быстрее, чем ходил в Тумане я сам. Мы спешили.
Большой рейд, одобренный всеми городскими инстанциями, готовился стартовать ранним утром понедельника, но был отложен из-за того, что Боцман организовал нам форс-мажор в виде разбушевавшегося снайпера, да еще снабженного тепловизором.
Где дачники раздобыли этот самый тепловизор? Боюсь, примерно в таком же месте, где я раздобыл для городского спецназа радиостанции. Не знаю, как это возможно, но другого объяснения у меня нет. Другое дело, что это объяснение создает еще больше вопросов.
Я взял с собой Серегу Синева. Рассудил, что если уж начинать делать из него туманника, то компания опытных спецназовцев будет мне в этом лучшим помощником.
Замыкающими шли Юра Волгин, по прозвищу Вобла, и Камиль Гулиев, которого сослуживцы коротко называли Кам.
Поначалу дорога не доставляла каких-то особых проблем. Да, она изобиловала завалившимися на нее деревьями, но кроме тополей вдоль дороги ничего не росло, а те исправно превращались в труху и при отсутствии влажности. Древесные стволы разваливались от удара ногой, то есть для машин проблем не возникнет и подавно. Но стоило нам только углубиться в промзону на пару кварталов, как ситуация изменилась кардинально.
Мы столкнулись с настоящими завалами из старых, проржавевших автомобилей, столбов фонарных и троллейбусных, в нескольких местах на дорогу выступали осыпи обрушившихся зданий, а однажды поперек бывшей проезжей части встретилась опора линии электропередачи.
Среди всего этого хаоса время от времени с громкими криками проносились группы бандерлогов. Не настолько большие, чтобы осмелиться нападать на людей, но и не настолько маленькие, чтобы бежать от нас без оглядки. Так что обезьяны просто занимались своими делами, а мы своими.
Дважды столкнулись с драконами. Первый выскочил метрах в десяти от головной группы из-за остова какого-то здания. Мне кажется, что он удивился встрече не меньше нашего, но нам было не до выяснения причин – спецназовцы изрешетили ящера пулями, и его дымящаяся туша грохнулась наземь чуть не к ногам Ключника.
Примерно через полчаса второй ящер пересек нам дорогу, преследуя десяток громко вопящих со страху бандерлогов. Дракон на бегу повернул голову в нашу сторону, тут же споткнулся и упал, вызвав у нас невольные смешки – уж больно комично все это выглядело.
Недовольно взрыкнув, ящер поднялся на задние лапы, бросил взгляд в сторону смывшихся бандерлогов, после чего повернулся к нам и, широко раскрыв пасть, издал просто душераздирающий вопль. Спецназовцы и Синь вскинули автоматные стволы в готовности открыть огонь, как только прямоходящее пресмыкающееся двинется в нашу сторону. А я, действуя инстинктивно, крикнул: