По-моему, так все предельно ясно – я остался на арене, противник сбежал, чистая победа! А вот что еще придет в голову главарю дачников? Вон как его ближний круг засуетился – сгрудились вокруг Сабурова, что-то бурно обсуждают. Радует то, что и Деня принимает в этом участие. Сейчас мы посмотрим на хваленое дачное правосудие.
– Рома, ты сам огласил закон, – крикнул я, вновь приблизившись к главной трибуне, – я победил уже дважды, отпускай меня! Ты обещал!
– Обещал-обещал, – Сабуров поднялся во весь свой немаленький рост и, опершись на перила, навис надо мной, – страсть как придушить тебя хочется, Елисеев. Ты уже одним своим существованием мне проблемы создаешь. Но раз обещал отпустить, значит, отпущу. Потом. Например, завтра.
– Гад ты, Рома! – бросил я в сердцах.
– Еще какой, – усмехнулся он, – завтра отпущу тебя в Туман. Ступай на все четыре стороны. Правда, за тобой мои бойцы пойдут, но всего двое. Более чем честно при всех твоих преступлениях против человечества.
Он еще раз усмехнулся и направился к выходу с трибуны. А ко мне подошли целых три охранника, причем двое держали автоматы на изготовке. Я наградил их презрительным взглядом, демонстративно глянул на копье и саблю в моих руках, но это все было не больше, чем попыткой сделать хорошую мину при плохой игре. Никаких шансов вырваться с арены у меня не было. Разве что героически погибнуть. Но это всегда успеется.
20
Ночь я провел в клетке. В Тумане. Это был такой изощренный способ оставить мне как можно меньше времени жизни перед следующим дачным развлечением – дикой охотой. Этакая страховка, гарантирующая мое активное поведение в качестве загоняемой дичи. А заодно и безотказный способ узнать мой истинный индекс туманника. По крайней мере, Боцман со товарищи так думают. Мне же необходимо было не хорохориться лишний раз и как можно правдоподобнее изобразить первые симптомы туманной болезни.
Потому пришедших утром охранников я встретил сидящим в углу клетки с укрытой одеялом головой.
– Идиот! – прорычал один из охранников, откидывая прочь одеяло. – Тебе для чего постелили в центре клетки? Чтобы тебя не могли достать туманные твари!
– Так я того и хотел, – прохрипел я в ответ, с трудом поднимаясь на ноги.
– Хотел лишить нас охоты? – второй охранник ударил меня кулаком под дых. – Сволочь!
Меня привели обратно за пограничный вал, где уже начала собираться толпа зрителей и будущих участников охоты. От еды я отказался категорически, зато с удовольствием выпил большую кружку сладкого чая и, поскольку туалетом место оборудовано не было, не отказал себе в удовольствии помочиться прямо там, не обременяя себя стеснительностью и цивилизованными правилами.
Около десяти часов появился Боцман со свитой, внеся в ряды собравшихся изрядное возбуждение. Ко мне подскочил врач, потрогал мой лоб, нащупал пульс на запястье, заглянул в глаза. Вот и весь осмотр.
– Все в порядке, часа два точно продержится, – доложил доктор, в струнку вытягиваясь перед Сабуровым.
– Вот и чудно! – предводитель дачников с мрачным видом потер руки и одарил меня холодным взглядом. – Ну что, царевич Елисей? Я обещал тебя отпустить? Вот сейчас и выполню свое обещание.
– Королевич, – не удержался я от маленькой шпильки. – Королевич Елисей. Александр Сергеевич Пушкин. Классика.
– Тебе виднее, – ухмыльнулся Роман Сабуров, – это ж ты у нас отличник, тебе и знать положено. Эй, кто-нибудь! Дайте ему нож! Не можем же мы отпустить гостя с пустыми руками!
– Лучше арбалет, – попытался выторговать хоть что-то я.
– Заткнись! – отрезал Боцман.
– Хотя бы ботинки!
– Молчи и слушай внимательно! – Рома предупреждающе ткнул меня пальцем в грудь. – У тебя будет нож и пятнадцать минут преимущества. За тобой пойдут два моих охотника – Индеец и Солдат. Сумеешь спастись – значит, правда за тобой, не сумеешь – значит, судьба твоя такая.
– А ты не находишь, что справедливостью тут и не пахнет?
– Достал ты меня уже своей справедливостью! Здесь как я скажу, так и будет. Дайте нож! – рявкнул потерявший терпение Боцман.
Зрителей собралось не так много, как накануне на арене, но зато здесь были самые, так сказать, сливки общества – сплошь друзья-товарищи Сабурова со своими подругами, всего человек тридцать. Да еще чуть поодаль отирался десяток охранников. В общем-то, не мудрено, ведь все действо будет происходить в Тумане. И увидят они в лучшем случае кровавый финал истории.