– Если ты пройдешь туда по путям от вокзала, то мы заведем один из стоящих в депо тепловозов, совершим налет и утащим все прямо в вагонах, – Першин подошел к карте. – Это будет покруче, чем магазин на Анжерской.
– А если пути разрушены или завалены? – спросил я.
– Тогда придется искать другие пути, – пожал плечами капитан.
– Не хотелось бы, – покачал головой Санеев, – чувствую, что время поджимает.
– Тогда давайте этот план оставим на потом, – я тоже подошел к карте и, взяв указку из рук хозяина кабинета, ткнул ею в самый низ, где Южное шоссе обрывалось рамкой. – Вот здесь находится воинская часть номер 45934. Я знаю не только, что там есть, но и как это забрать оттуда.
Санеев и Першин переглянулись, но лезть с вопросами не спешили. Я мстительно подумал, что пришел их черед удивляться.
– Игорь, я просил навести справки, – обратился я к спецназовцу.
– Удалось подобрать семь человек, – ответил за него Санеев, – и аккумуляторы найдем. Но это очень далеко, если будем постоянно посылать туда машину, вызовем подозрения Управы и Конторы.
– Сейчас я вам изложу наброски плана, а уж вы его доработаете в соответствии с вашими возможностями, – усмехнулся я. – Мне не терпится наведаться с ответным визитом на дачи.
23
– Ну что? – брат резко развернулся в кресле, как только дверь его кабинета закрылась за спиной Альбины.
– Ничего, – пожала плечами младшенькая Клочкова, – она нам больше не доверяет. Ни тебе, ни мне.
– Досадно, весьма досадно, – цокнул языком Севастьян, – и не очень вовремя.
– Она же не дура.
– Не дура, – согласился брат, – но слишком упертая в своей идейности. Дай ей волю – и она обязательно добьется успеха. Когда-нибудь. Годам к восьмидесяти. А выхлоп из проекта можно получать уже сейчас.
– Севочка, братец, а ведь учредители здесь ни при чем, – вкрадчиво не то поинтересовалась, не то констатировала факт Альбина, усаживаясь в соседнее кресло и разворачиваясь к нему лицом, – ты ведь это сам придумал, для красного словца.
– Мелкая, – Севастьян постарался изобразить на лице максимальную стадию удивления, но получилось не очень хорошо, с актерским мастерством у него всегда было плохо, – ты там таблеточек никаких по ходу движения не прихватила? С чего такие мысли вдруг?
– Ой, ладно, – рассмеялась девушка, – Регинка не дура, но наивная до жути, до сих пор людям на слово верит. А вопрос-то просто решается. Я вот позвонила папеньке и спросила.
– Вот зараза! – тоже хохотнул брат, но веселья в его голосе было мало. – Хорошо. Учредителями я действительно припугнул сестрицу. Эти жирные боровы не очень-то спешат влезать в дела холдинга, пока получают свою прибыль. Но, уверяю тебя, отец одобрил мой план. Особенно после того, как на счета пошли деньги. Так что приврал я совсем немного, и, в общем, ничего это не меняет.
– Меняет-меняет, – ласковым голоском протянула Альбина, – очень даже меняет. Отцу ведь можно очень доходчиво объяснить все выгоды от открытого сестрицей копирования. И я уверена, что он предпочтет дать ей время на поиск обратного пути. Сам ведь понимаешь, насколько грандиозны перспективы.
– Алька, это может растянуться на годы, – возразил брат.
– Не строй из себя дурачка, – неожиданно жестко оборвала его младшая сестра, – ты вовсе не ради денег это затеял. Решил доказать, что взрослый уже, можешь решать серьезные вопросы. Да только ни черта ты не можешь!
– Полегче на поворотах, сестренка! – Севастьян был просто обескуражен неожиданным напором сестры, которую привык считать милым ребенком.
– Короче так, братишка, – Алька ткнула пальчиком с острым ноготком брату в грудь, – бог велел делиться! Я хочу тридцать процентов твоих доходов от этого дела. В противном случае я получу эти деньги с Регины.
– Ах вот как, госпожа Клочкова-младшая! – воскликнул Сева. – Да вы никак шантажировать меня решили?
– Ну что ты, Севочка! – Альбина снова вернулась в образ «мягкой и пушистой» недалекой девочки. – Просто бизнес, ничего более.
– То есть мне затеять проект ради денег непозволительно, а тебе можно? – Севастьян откинулся в кресле и посмотрел на Мелкую с нескрываемой иронией.
– Я же девочка, – легко согласилась она, – мне никому ничего доказывать не нужно. А деньги не помешают.
– Хм, – он вскочил на ноги и, сунув руки в карманы брюк, несколько раз прошелся по кабинету из стороны в сторону, – ладно, бизнес есть бизнес, и каждый делает его по-своему. Но цена чрезмерно высока. Молчание не стоит тридцати процентов. Десяти хватит за глаза.
– Сева, дорогой, деньги мне точно не помешают, но брать их просто за молчание – это как-то нехорошо и неправильно. Я оцениваю в тридцать процентов свою помощь. Видишь ли, ты сделал ставку на главаря банды дачников и просчитался. Ведь при всей своей харизматичности Боцман так и остался банальным уличным бандитом, не способным решать глобальные вопросы. Как бы ты ни накачивал его оружием и прочими «плюшками», ему никогда не победить в прямом столкновении с городской Бригадой.