- я могу провести сеанс гипноза, но ты уверен, что это необходимо?
- более чем. Скажу больше, я почти уверен, что это так, и кто это мог сделать.
- Макгрубер?
- он никогда не остановиться. Он совершенствуется и став еще сильнее, разработал новый план и начал приводить его в действие. И он знал, что я позову тебя на гипноз. Я не удивлюсь, что скоро так или иначе кто-то ещё появится из наших старых знакомых.
Саманта сидела, почти открыв рот. Она настолько была поражена невероятной версией Осберта, что не нашла что сказать.
- может тебе все-таки успокоительных, потому что твоя версия больше смахивает на паранойю.
Осберт кинул скептический взгляд в сторону Саманты.
- то есть тебе проще поверить в мою паранойю, нежели принять за правду мои слова. И это после всех тех событий, свидетелем и участницей которых ты являлась?
После этих слов доктор Сарфилд поняла, что уверенность Осберта в своей правоте не пробить ничем. Ей не оставалось ничего, кроме как согласиться и провести сеанс гипноза.
- хорошо, бесполезно с тобой спорить. Хочешь гипноз, ложись на качели. Но, за последствия я не ручаюсь.
- думаешь, я увижу то, что мне лучше не видеть?
- нет. Просто если всё так, как ты говоришь, гипноз может открыть ящик Пандоры.
Теперь уже Осберт сделал вопросительный взгляд.
- я хочу сказать, что Макгрубер мог зашифровать в сообщении то, что станет губительным для тебя.
- я сойду с ума? Так это легко сделать и без вмешательства Макгрубера.
- нет. Я имею ввиду, что там может быть зашифрована сама идея. Допустим идея того, что бы ты после гипноза убил меня, затем Ольгу и себя.
- ты знаешь, звучит красиво, но я уверен, что это не так.
- почему же?
- он хоть и изощренный ублюдок, мастер многоходовок, но это не его стиль. А точнее, я не его случай. Он должен убить меня глядя мне в глаза, это я точно знаю.
Голос Ольги за спиной Осберта добавил.
- ... И жду.
Ольга незаметно вышла на крыльцо, держа в руках поднос, на котором стояли три чашечки с чаем.
- не надо ничего скрывать от меня милый, я всё-таки тебе не чужой человек. Или ты ей доверяешь больше?
Ольга кивнула в сторону Саманта, которая развела руки в стороны.
- так, я приехала сюда не ваши сцены ревности смотреть. У меня своего дерьма хватает. И вообще, Осберт не в моем вкусе.
Ольга немного успокоилась, но у нее разыгралось женское любопытство.
- и что же за дерьмо у тебя в Дюссельдорфе? Пристает прыщавый санитар?
- не очень-то и остроумно. Заведующий больницы, мой старый друг, у которого есть жена и дети, но он хочет чего-то большего, и судя по всему, от меня.
- и что тебе мешает? Всё-таки прыщавый да?
Ольга старалась язвить на полную катушку, потому что ее задевало участие Саманты в их с Осбертом проблемах. Она переживала, что ничем не может помочь ему с приступами. Еще больше Ольга переживала, что Осберту может помочь Саманта. Нет, это не было прямой ревностью. Скорее всего, это было задетое чувство собственности. Ольга не собиралась делить своего возлюбленного с кем бы то ни было, даже в таких ситуациях. Саманта по-прежнему держала выдержку.
- мешает мне мой верный спутник, имя которому "одиночество". Я столько лет работала среди огромного количества людей и это были далеко не самые хорошие люди, что я попросту разочаровалась в человечестве.
- не забывай, что ты тоже человек.
- не поверишь, себя я ненавижу не меньше. Возможно, будь у меня покрепче воля, я бы прибегла к суициду. Но, я выбрала одиночество, с которым буду жить и с которым умру.
Ольга замолчала. Ее заставили задуматься слова Саманты. Прежняя доктор Сарфилд никогда бы такого не сказала. Наверное, жизнь действительно заставила ее измениться в лучшую сторону. Саманта раскаялась и корит себя, за то, что когда-то была той, которая с легкостью принимала участие в варварских экспериментах над детьми.
Ольга поставила поднос на столик возле Саманты.
- попробуй этот чай, его вкус, вернет вкус жизни.
- с алкоголем?
- с травами. Ну что, раз все так ясно, может тогда перейдем к гипнозу.