— Нет, это мне жаль, — сказал я, отмахиваясь от её извинений. — Я... я не смотрел, куда иду. Проклятье, эм... вот, позволь мне...
Я начал приседать, когда девушка замахала руками, останавливая меня.
— Нет, нет, не беспокойся об этом. Я позову бармена. Он всё уберёт.
Медленно выпрямившись в полный рост, я спросил:
— Ты уверена? Мне очень стыдно. Я…
— Нет, не переживай. Правда, всё в порядке. Я работаю здесь уже несколько лет и не могу сказать, сколько раз такое случалось.
Было темно — я уже убедился в этом. Поэтому не мог разглядеть цвет её волос или глаз, не мог понять, была ли на ней юбка или просто нижнее белье. Но я видел её улыбку и... блин.
— Ты должна сказать им, чтобы они вложили деньги в лампочки, — сказал я, отпуская дурацкую шутку, чтобы поддержать разговор. Потому что внезапно мне меньше всего захотелось торопить события этой ночи. Внезапно я понял, что не смогу уйти, пока не узнаю хотя бы её имя.
Девушка рассмеялась, и, эй, может быть, она просто была вежлива, но этот смех заставил меня захотеть найти способы, чтобы это повторялось снова и снова.
Она достала блокнот и ручку, казалось, из воздуха, и притворилась, что пишет.
— «Сказать руководству... что нам нужны... лампочки...»
— Я могу заполнить... одну из этих форм с комментариями или что-то в этом роде. Если это поможет.
Девушка указала на меня кончиком ручки.
— Отлично. И если бы ты мог оставить ужасный отзыв на «Елп»9, это тоже было бы очень эффективно.
— Считай, что дело сделано.
Она улыбнулась.
— В любом случае, э-э-э... я лучше разберусь с этим и принесу напитки на замену для клиентов, которые, вероятно, сейчас очень хотят пить. Но пока буду этим заниматься, могу я тебе что-нибудь предложить?
У меня не было намерения пить сегодня. Я был за рулём, мне не хотелось тратить лишние деньги, и не предполагал, что останусь здесь надолго. Но, похоже, всё изменилось. И именно поэтому я поймал себя на том, что спрашиваю, какое у неё есть пиво на разлив, и заказал «Блю мун».
Девушка кивнула, что-то записала и велела мне присесть, а та меня сама найдёт. Я надеялся, что она так и сделает, и надеялся, что свет со сцены позволит мне получше её разглядеть.
Нейт был там, где я и ожидал его увидеть, — за столиком, придвинутым к сцене. Он едва заметил моё появление, его взгляд был прикован к рыжеволосой девушке и лоскуту блестящей ткани, проглядывавшему между её ягодицами. Я опустился на сиденье рядом с ним и повернулся, глядя прямо на Нейта, ожидая, что тот обратит на меня внимание.
Две минуты. Ему потребовалось целых две долбанных минуты, чтобы повернуть голову с широкой улыбкой и остекленевшими глазами.
— Я здесь, — запоздало объявил я.
— О, чувак, какое же это охуительно-потрясающее место!
— Здесь темно, — пожаловался я, но мой голос потонул в грохоте музыки.
— Что? — крикнул Нейт, его взгляд вернулся к девушке, которая стояла спиной к столбу, вжимаясь в него задницей.
— Ничего, — ответил я, бросив взгляд через плечо, чтобы посмотреть, не увижу ли снова девушку с очаровательной улыбкой.
Нейт агрессивно ткнул меня в рёбра локтем. Я повернулся, чтобы посмотреть на него, но это меня не развеселило.
— Шоу здесь, засранец, — указал на танцовщицу Нейт, которая опустила задницу до самой земли, широко раздвинув колени.
Я скрестил руки на столе, бросив быстрый взгляд на танцовщицу, а затем ещё более быстрый взгляд через плечо. Нейт шептал мне на ухо комментарии, пока девушка двигалась по сцене. Похабную хрень. Хрень, за которую моя мама дала бы ему подзатыльник. Хрень, которую я хотел бы, чтобы Нейт держал при себе, а не выбалтывал ее, как будто он читал одну из похабных книжек моей мамы.
— Боже, да, — простонал Нейт, на мой взгляд, слишком похотливо. — Посмотри на эту задницу, чувак. Господи, блядь, посмотри, как...
— Извини, — поспешно произнёс весёлый голосок у меня за спиной, и передо мной на стол поставили высокий стакан пива. — Один «Блю мун», за счёт заведения.
Я повернулся, чтобы посмотреть на женщину, в улыбке которой, казалось, сочетались красота луны и солнца. Её улыбка стала шире, когда мы встретились взглядами, и, чёрт возьми, она была чертовски красива. Яркие голубые глаза. Ярко-розовые волосы. Полные розовые губы. Она могла бы сойти за одну из девушек из каталогов «Виктории Сикрет», которые я обычно выманивал у мамы. Абсолютное грёбаное совершенство во всех смыслах этого слова.
Её широкая улыбка смягчилась, обнажив ровные белые зубы.