— Э-э, собираюсь на работу?
У меня внутри всё перевернулось от недоверчивого выражения его лица. Твою мать, как он мог так поступить со мной?
— Увидимся позже, хорошо?
Нейт хлопнул меня по спине и оставил сидеть на кровати, а сам прошествовал в гостиную и вышел за дверь, ни разу не оглянувшись.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
— Тебя уволили? — Мама не могла поверить, что я потерял работу, о чём свидетельствовала её неспособность произнести что-либо, кроме этих трёх слов, с тех пор как я вошёл в дверь.
— Боже, Сьюзен, людей постоянно увольняют, — проворчал папа, уже не сочувствуя её потрясению. Вместо этого он был зол.
После того как Нейт ушёл из квартиры, я долго думал, что мне делать. Думал обо всех сомнительных поступках, которые Нейт совершал на протяжении многих лет, о каждом случае, когда он пытался облапошить меня, о разговоре, который у меня был с Джо некоторое время назад, и всё это привело меня к осознанию одной вещи.
Ни один друг не заставил бы меня пройти через это дерьмо.
Я полагался на него, а он — на меня. Мы были созависимы. Но были ли мы друзьями? Были ли мы ими вообще?
У меня не было ответа на этот вопрос, но знал, что должен что-то сделать. Я должен был уехать.
Поэтому набил рюкзак одеждой, которой мне хватило бы на несколько дней, вышел из квартиры и направился к родителям. Была суббота, и это означало, что они оба были дома, и никто из них не ожидал, что я появлюсь на пороге посреди дня.
Я не сказал родителям, почему меня уволили. Не знаю, хотелось ли мне, чтобы они вообще знали, хотя им было бы достаточно легко это выяснить, если бы папа просто поговорил с Роем. В конце концов, я просто не мог заставить себя перестать защищать парня, который, судя по всему, больше не хотел защищать меня, потому что в какой-то момент он был единственным человеком, который мог это сделать. И задавался вопросом, наступит ли когда-нибудь время, когда я не буду чувствовать себя обязанным ему за это.
— Хочешь, чтобы я поговорил с Роем? — спросил папа, глядя на меня усталыми глазами через кухонный стол.
— Нет, — поспешно ответил я. — Всё в порядке. Я... я не знаю... я что-нибудь придумаю.
— Тебе нужно оплачивать счета, — напомнила мне мама, как будто я забыл. — Мы с твоим отцом можем помочь тебе, чем сможем, но, Реван...
— Я знаю, — оборвал я её. — Я поищу другую работу завтра. Я просто... — Я вздохнул и провёл ладонью по губам. — Я не могу сейчас думать.
Папа торжественно кивнул.
— Понимаю. Переночуй, дай пыли немного осесть, а завтра снова садись в седло.
Затем мама задала вопрос, на который я не хотел отвечать.
— А как же Нейтан?
Я раздражённо выдохнул и поджал губы, медленно качая головой.
— У него всё ещё есть работа, если ты об этом спрашиваешь.
— Ну, может, он сможет поговорить с Р...
— Не-а, — пробормотал я, надеясь, что разговор просто прекратится, как и моя работа в автомастерской. — Всё в порядке. Завтра я буду в порядке. Ребята, хотите приготовить пиццу сегодня вечером?
Папа посмотрел на меня скептически, как будто знал, что за этой историей кроется нечто большее, чем я говорю. И, чёрт возьми, насколько я знал, так оно и было. Но папа не стал развивать тему дальше, шумно втянув воздух сквозь зубы, а затем кивнул.
— Да, конечно, малыш. Хочешь пригласить Нейтана на ужин?
Я не хотел, чтобы мои родители думали, что между мной и Нейтом что-то происходит. Не хотел, чтобы они что-то заподозрили или задавали вопросы о сложившейся ситуации. Наверное, в глубине души я просто не хотел, чтобы они отвернулись от него так же, как он отвернулся от меня.
Но, несмотря на всё это, мне не составило труда покачать головой и сказать:
— Нет.
Если мама с папой не смекнули, чего к чему, и не поняли, что что-то происходит, когда я вошёл в дверь в полдень в субботу, когда должен был работать, то они определённо поняли, когда я сказал им, что собираюсь пожить у них несколько дней.
— Конечно, милый, но... — Мама обменялась вопросительным взглядом с отцом, прежде чем продолжить: — Почему? Всё в порядке?
— О, да, — ответил я, возможно, с излишним энтузиазмом. — Просто сегодня... ну, знаешь... суббота, и Нейт обычно любит подцепить какую-нибудь девчонку в баре. И я подумал, что дам ему немного побыть одному, пока сам не разберусь со своим дерьмом.
Ни один из них не реагировал около минуты, прежде чем родители снова обменялись прежними взглядами, которые говорили, что они знают, что я сраное трепло, но не знают, как из меня вытащить правду. Затем мама потянулась через диван, положила руку мне на плечо и нежно погладила.