Но, как бы то ни было, мы посмотрели этот фильм, и мысль о том, чтобы надеть повязку на глаз, сразу показалась мне крутецкой. До этого момента я просто демонстрировал пустую глазницу и шрам без особой гордости и уверенности, вселяя страх в каждого, кто осмеливался взглянуть на меня.
Но потом я увидел пиратов в их повязках и как круто они выглядели.
Нейт повернулся ко мне, указывая пальцем на телевизор, и сказал:
— Чувак, тебе точно стоит надеть повязку. Тогда никто не будет с тобой связываться.
— Точно не будут, — мечтательно произнёс я, потому что никто не связывался с пиратами.
— Вместо этого они будут тебя бояться.
Мама неодобрительно фыркнула позади нас. Я оглянулся через плечо, когда она спросила:
— Почему ты хочешь, чтобы кто-то тебя боялся?
Нейт насмешливо хмыкнул и закатил глаза.
— Если они тебя боятся, то не причинят тебе вреда.
— Ну, конечно, нехорошо, когда люди причиняют тебе боль, но пугать людей тоже нехорошо. Минус на минус не всегда даёт плюс, Нейт.
Это был неприятный разговор. Я думал о руке Нейта. Думал о его синяках и порезах и о том, каким голодным он всегда был, и мне захотелось сказать маме, что она была неправа. Если бы мама Нейта, или парень, который жил с ними, или... кто бы ни причинил ему боль, боялись Нейта, они бы не стали его обижать; они бы просто убежали. И это было бы лучше, верно? Так и должно быть.
Нейт больше ничего не сказал моей маме, но я наблюдал, как он без устали скребёт ногтями кожу вокруг ногтя большого пальца. Ковырял, ковырял, ковырял, пока большой палец не покраснел и не начал кровоточить, а Нейт всё продолжал ковырять. И я догадался, что это потому, что его постоянно что-то задевало.
Однако Нейт был прав насчёт повязки на глазу. Несколько дней спустя папа купил такую в аптеке, и я надел её в школу, нервничая и умоляя об облегчении. Но, блин, ни один ребёнок ничего мне не сказал, и когда они смотрели на меня, они не вздрагивали, не съёживались и не убегали, как раньше, когда на них смотрела эта пустая глазница.
Нет, они делали мне комплименты и говорили, что это выглядит круто — что было самым безумным дерьмом в мире, — и я чувствовал себя хорошо впервые за... чёрт, наверное, с тех пор как я вообще потерял глаз. Я чувствовал, что они не шутили, что это может быть правдой, и за обедом пара ребят даже попросили меня посидеть с ними.
Но они не пригласили Нейта, и мне стало неловко оставлять его одного, поэтому я остался за нашим столиком. Но я улыбнулся про себя, когда мы с Нейтом ели наши сэндвичи с арахисовым маслом.
— Они просто говорят это из вежливости, — пробормотал Нейт, даже не потрудившись поднять на меня взгляд. — Но теперь они боятся тебя. Все боятся пиратов, таких как капитан Крюк. Помни об этом.
И я запомнил, и ещё три года я ходил в среднюю школу, сидя за одним столом с Нейтом и ни с кем другим, но при этом уверенно носил повязку. Я стал выше и увереннее в себе, и когда в нашей школе объявили о школьных танцах, я признался Нейту, что подумываю пригласить кого-нибудь.
Этот болван на самом деле смеялся надо мной.
— Ты собираешься пригласить кого-нибудь на эти дебильные танцы?
— Ага, — ответил я, небрежно пожимая плечами, в то время как мои щёки пылали от смущения. — Я хочу пригласить Бекки.
— Бекки?! — Нейт снова плюхнулся на мою кровать и захохотал, как будто это была самая смешная вещь на свете.
Но мне это совсем не показалось смешным. Бекки сидела рядом со мной на уроке английского и естественных наук. И она всегда была добра ко мне. Я знал, что у неё нет парня, и она мне нравилась. Это не казалось каким-то безумным риском или ещё какой-то фигнёй, и не было поводом для смеха.
Если говорить начистоту, то он меня чертовски бесил.
— Если ты хочешь пойти на танцы, мы можем пойти, — наконец сказал Нейт, возвращая своё внимание к «Супер Марио 64» на телевизоре. — Может, всё будет нормально. Может быть, будет весело.
— Ты тоже мог бы позвать кого-нибудь...
— Боже, Рев, Бекки не пойдёт с тобой, — ответил Нейт со смешком. — Она, наверное, пойдёт с Джорданом. Она, чёрт возьми, всё время с ним зависает.
— Джордан?
Он искоса посмотрел на меня, как на сумасшедшего.
— Да, ты знаешь этого идиота из футбольной команды?
— Я знаю, кто он такой, но я не знал, что Бекки...
Нейт прервал меня смехом.
— Ты не знаешь Бекки, Рев. Не тормози. У неё уже есть парень. Хватит мечтать. Но мы можем пойти, если ты хочешь. Это круто.
Тогда я замолчал, потому что, насколько знал, он был прав. Я действительно не знал Бекки, кроме пары наших общих занятий, и была вероятность, что у неё действительно был парень, а я просто не знаю об этом.