Наконец, настало время возвращаться на "Ориентал Куин".
Это был самый чудесный день.
Когда мы остались одни, я спросила Элис:
- Как вы думаете, не слишком ли много я говорила?
- Он, конечно, поощрял вас к этому.
- Я заметила, что вы мало рассказали о себе.
- Я думаю, что он хотел не это услышать. Он интересовался именно вами.
- Мне любопытно... он всегда или только в этот раз такой вежливый.
- О, без сомнения, он был очень заинтересован тем, что вы сказали, и еще...
- И что еще?
- О... просто подумала. Я не уверена, что доверяю ему.
- В каком смысле?
- Он кажется слегка оценивающим.
- У меня нет ни малейшей мысли о том, что он хоть немножко... флиртовал.
- Нет. Это именно так. И все это довольно странно.
- О, Элис, вы драматизируете. Я думаю, что он просто одинокий человек, который ищет компании. Он много путешествует. И, наверное, за несколько недель вступает с людьми в дружеские отношения, а потом все о них забывает.
- Х-м, - хмыкнула Элис. Но она казалась несколько задумчивой.
***
В назначенный час мы прибыли в Александрию, где покинули "Ориентал Куин", пересели на экскурсионный пароход и поплыли по каналу в Каир.
Месье Лассер объяснил нам, что нас ждут. Мы проведем ночь в гостинице предпочтительно Шеферда - а из Каира совершим путешествие в крытом фургоне через пустыню в Суэц. Эти фургоны используются для перевозки людей туда, откуда они, сев на корабль, могут продолжить свое путешествие по морю.
После такого длительного пребывания в море было очень волнующим вновь оказаться на твердой земле, и мы были потрясены великолепием гостиницы, отличавшейся от всего, что мы видели. Она оказалась темной и сумрачной, и вокруг нас плавно скользили бесшумные мужчины в экзотических одеждах, неотрывно наблюдая за нами темными глазами.
Месье Лассер рассказал нам, что здесь останавливается много путешественников - большей частью в Индию и обратно.
С того момента, как мы вошли в гостиницу, я заметила мужчину. Он был в европейском платье и, будучи высоким и широкоплечим, сразу же бросался в глаза. Казалось, он знал о нас. Встав со стула, он приблизился к столу, где спрашивали наши фамилии и указывали спальные места.
- Мисс Филрайт и мисс Делани, - сказал клерк за столом. - Ваша комната на первом этаже. Она маленькая, но, как видите, мы очень переполнены. Вот ваш ключ.
В этот момент высокий человек стоял очень близко к нам. Я удивилась этому, так как он был не из нашей группы. Но Элис потянула меня за руку:
- Пошли, - сказала она. - Это только на одну ночь. Рано утром мы уедем.
Будучи усталой, я спала хорошо, а наутро меня очень рано разбудила Элис.
***
Путешествие через пустыню проходило в тех крытых фургонах, которые так похоже описал месье Лассер. В них запрягалось четыре лошади, и нам сказали, что в пустыне имеется несколько караван-сараев, где мы сможем отдохнуть, пока меняют лошадей. В каждом фургоне ехало по шесть человек.
Месье Лассер сказал:
- Поедем вместе. Я чувствую, что должен присматривать за вами, молодыми леди. Я из опыта знаю, какими некомфортабельными могут быть такие путешествия.
Возницы очень хорошо умеют обращаться с кнутом, и кажется, что их единственная цель заключается в том, чтобы как можно быстрее доставить фургон в караван-сарай. Боюсь, что вы найдете путешествие несколько утомительным.
- Я уже говорила вам, месье Лассер, все это для нас так ново, что мы готовы испытать некоторые неудобства, - напомнила я ему.
Мне никогда не забыть поездку по Каиру ранним утром. В полутьме здания выглядели таинственными. Мы миновали элегантные мечети, один из дворцов хедива, дома с решетками. Все это восхитило бы Дугала, который увидел бы в их мрачных стенах мавританское влияние. Поскольку было так рано, город еще спал. Нам попались только несколько ослов, которых вели босоногие мальчишки. Повсюду царила тишина, но солнце вот-вот должно было подняться. В свете утренней зари Каир выглядел как восхитительный город, принадлежащий арабским ночам, я прекрасно представила, как говорливая Шахерезада занимает своего султана за дверями одного из старинных дворцов.
В фургоне нас было шестеро: я, Элис, месье Лассер, мистер и миссис Карлинг и, к моему изумлению, высокий мужчина, которого я заметила в гостинице.
Мне хотелось знать, собирается ли он сесть на пароход, на котором мы поплывем в Индию, или его конечной целью, как и месье Лассера, является Суэц.
Скоро пустыня обступила нас со всех сторон. Стало уже достаточно светло, и мы видели вокруг лишь мили песка. Он казался золотым в свете утренней зари. Я была восхищена. Затем кучер стегнул лошадей, и мы сконцентрировали свое внимание на том, чтобы удержаться на месте.
- Я вам говорил, - сказал месье Лассер, - что это путешествие вряд ли будет комфортабельным.
Мы смеялись, так как нас резко бросало друг на друга. Миссис Карлинг сказала, что хорошо, если это не будет продолжаться долго, а мистер Карлинг прокомментировал, что, когда предпринимаешь подобное путешествие, надо приготовиться к дискомфорту. Месье Лассер отметил, что в жизни есть некоторые вещи, которые кажутся чудесными, когда их предвкушаешь или оглядываешься назад, но менее приемлемыми, когда переживаешь их, и путешествие часто оказывается одной из них.
Высокий мужчина ласково улыбался нам, он, казалось, делил свой интерес между месье Лассером и мной, и когда бы я ни подняла глаза, я видела, что его взгляд мрачно устремлен на одного из нас.
Лошади мчались вперед.
- Что произойдет, если фургон перевернется? - спросила я.
- Что ж, - добавил мистер Карлинг, - это вполне может произойти, если будет так продолжаться. Я не думаю, чтобы наш кучер сознавал, какие неудобства он заставляет нас пережить.
- Его задача заключается в том, чтобы избавиться от одного груза, получить деньги и затем отправиться за следующим, - объяснил месье Лассер.
- Но если действительно произойдет несчастный случай, это задержит его, - предположила я.
- О, он надеется на Аллаха, который наблюдает за ним.
- Хотела бы я разделять его уверенность, - сказала Элис.
Когда лошади остановились, мы все почувствовали облегчение. Бедняги, они должны были сильно устать... Я знаю, что все мы чувствовали себя совсем разбитыми и радовались короткой передышке перед тем, как снова начнутся тяжкие испытания.
Когда мы вышли из фургона, я заметила, что высокий мужчина встал вблизи нас.
Жара в пустыне была очень сильной: солнце стояло в зените. Мы ехали уже где-то около шести часов и были рады укрытию, хотя место нашего отдыха, скорее, напоминало хижину; зато примыкавшие к ней конюшни были обширными.
Нам подали питье, и я обрадовалась, увидев, что это чай. Была предложена и еда - хлеб и мясо какого-то неопределенного вида, от которого я отказалась. Мы сидели за столами - шестеро из одного фургона. Я не видела больше никого из группы с нашего парохода и предположила, что они приедут позже, потому что наш фургон одним из первых покинул Каир.
- В конце концов мы благополучно прошли начальный этап нашего путешествия, - сказала Элис.
Высокий мужчина ответил:
- Большая часть пути еще впереди.
- Мне не хотелось бы думать, что будет еще хуже, - с гримасой продолжила Элис.
Мужчина пожал плечами.
- Я слышал, что по пути часто бывают поломки, - вставил месье Лассер.
- Как ужасно, - проговорила я. - Что же тогда произойдет?
- Вы ждете, пока об этом не дойдет сообщение, и потом вам присылают другой фургон.
- Что будет, если мы не успеем вовремя в Суэц, чтобы сесть на пароход?
- Они изыщут какие-то средства, чтобы вы туда попали, - сказал высокий мужчина.
- Мы не знаем вашего имени, - сказала я ему. - А мы, кажется, попутчики в этом опасном путешествии.
Он улыбнулся. Его зубы были очень белыми.
- Я Том Кипинг, - представился он.
- Так... вы англичанин.
- Вы так не думали?
- Я не была уверена.