В 1761 году новое вторжение окончательно решило судьбу империи. После смерти Надир Шаха его военачальник-афганец по имени Ахмадшах Абдали основал независимое княжество в Афганистане. Следуя примеру своего господина, он обратил взор на Индию в поисках легкой добычи. С 1756 года он предпринял ряд походов в Пенджаб, постепенно устанавливая контроль над этим районом. В отчаянии Моголы обратились за помощью к своим старым врагам, маратхам. Однако и те не смогли остановить Ахмадшаха, обессиленный Дели был снова захвачен. Только решение Ахмадшаха вернуться в Афганистан спасло империю от полного исчезновения, однако его победа означала потерю независимости Дели. Оставленный Ахмадом император Алам (годы правления 1788-1806) вынужден был уступить все, что еще оставалось в его власти, маратхам. В 1788 году сам он был ослеплен полусумасшедшим вождем афганских грабителей, который атаковал Дели и захватил Красный форт. В былые дни славы Могольской империи ослепление было распространенным способом расправы над соперниками, к нему прибегали и Джахангир, и Шах Джахан, и Аурангзеб. Как и в Константинополе, столице другой великой империи, ослепление считалось действенным инструментом устранения кандидатов на престол, поскольку полагали, что слепой управлять империей не может. Поэтому ослепление Алама стало своего рода символом, означавшим, что с 1788 года Могольская империя перестала играть сколько-нибудь значимую роль в индийской политике.
Хотя длительные сражения Аурангзеба с маратхами не сломили их сопротивления, ему удалось разрушить то небольшое государство, которое создал Шиваджи. В результате страна маратхов превратилась в конфедерацию слабо связанных между собой княжеств. Возглавлял конфедерацию главный министр, называвшийся пешва, эта должность передавалась по наследству. Легковооруженные, скакавшие на низкорослых лошадях, известных своей резвостью и выносливостью, маратхи были мастерами грабительских набегов и партизанской войны. Поскольку родная земля, Махараштра, была бедна и бесплодна, их привлекали другие земли Индии, оказавшиеся без защиты. За несколько лет маратхи снискали себе примерно ту же репутацию, что и викинги в Европе; вся Индия трепетала от страха перед их внезапными и опустошительными набегами.
К 1750 году маратхам были подвластны земли по всей Центральной Индии, и началось проникновение на север. Власть координировалась пешвой из города Пуна в сердце Махараштры. Оттуда он пытался направлять (правда, не всегда успешно) действия маратхских вождей, обосновывавшихся в разных частях Индии. На западе лежал Гуджарат, управлявшийся Гекваром из его столицы, города Барода. Расположенный в одном из плодороднейших сельскохозяйственных районов страны, при англичанах Гуджарат стал богатым и влиятельным княжеством. (Нынешний штат во многом сохранил прежний блеск и величие.) Современная Барода — опрятный город с широкими тенистыми проспектами, обширными парками и многими замечательными зданиями. Ее украшает ряд великолепных дворцов, самый знаменитый из которых — легендарный дворец Лакшми Вилас (1880-1900 гг.) — считается самой дорогостоящей постройкой, возведенной частным лицом в XIX веке.
Другая часть Центральной Индии была подвластна генералу Бхонсла, чья столица помещалась в Нагпуре; сейчас это довольно грязный промышленный город. Дальше на север, в Индоре и Гвалиоре, находились еще два больших маратхских княжества. В Индоре правил Холкар, а в Гвалиоре — Синдхия. Захваченный маратхами в 1754 году, средневековый город-крепость Гвалиор — одна из главных достопримечательностей Индии. Построенная на вершине утеса примерно в 300 футах над окружающей равниной, крепость окружена высокими стенами с массивными круглыми башнями, увенчанными куполообразными крышами. Внутри находится огромный городской комплекс с семью дворцами, попасть в который можно по пяти крутым лестницам, ведущим к пяти большим воротам. Расположенный в сердце Мадхья Прадеш, Гвалиор на протяжении столетий являлся ключом к Центральной Индии.