Продвигаясь постепенно вдоль течения рек Ганга и Джамны, назвали они эти новые области Арьявартой, т. е. обиталищем арьев. По путям своего распространения они все шире и шире смешивались — вынужденно или добровольно — с местными жителями, и в течение всех дальнейших веков, на всем историческом пути развития индийского общества, параллельно смешению шел процесс взаимопроникновения и соединения разнородных явлений социальной и духовной культуры, свойственных тому и другому пласту населения: смешивались обычаи, религиозные воззрения, бытовые навыки, внутригрупповые и семейные отношения и т. д. и т. п.
И многое-многое из этих явлений так укоренилось в каждодневной жизни индийцев, что дошло и до нашего времени, но в значительной своей мере в виде так называемых пережитков.
Во время работы в Индии мне довелось наблюдать некоторые из них в окружающей нас жизни.
Пережитки феодализма. Пережитки рабовладельческих отношений. Пережитки родоплеменного строя. Пережитки матриархата. Каких только пережитков не находят в жизни индийского народа! Но самое интересное, что все эти пережитки действительно существуют и разгуливают среди современных явлений жизни рука об руку с ними, как их ровня.
Был у нас свипер, то есть уборщик, метельщик, которого звали красивым и мечтательным именем Кришанлал. Был он мал ростом, имел длинный нос, длинные ресницы и застенчивые глаза. На его губах всегда играла улыбка Моны Лизы — лукавая, грустная и непонятная. А еще он имел обыкновение тихонько петь тонким голосом какие-то печальные песни, когда передвигался на корточках по полу, подметая его или вытирая.
Среди наших свиперов он был главным, и когда он сердился на них, то, бывало, и бил кого-нибудь. И ничего. Те молча все сносили, признавая его авторитет. Но вместе с тем в нерабочее время они над ним подсмеивались и намекали на разные его неудачи и беды.
Мне нравился Кришанлал, и почему-то всегда он казался мне несчастным. И только много позже, когда я узнала его историю, я поняла, почему жалела его.
Он рано потерял родителей, и, в соответствии с древним обычаем, отца заменил ему брат его матери (пережиток номер один: в глубокой древности, когда семьи возглавлялись женщинами и счет родства велся по материнской линии, брат женщины считался, так сказать, юридическим отцом ее детей).
Итак, этот дядя воспитал своего племянника наравне со своими детьми. Когда мальчик подрос, дядя, опять же в соответствии с древним обычаем, нашел ему жену (пережиток номер два: испокон веков в Индии рядовой человек не имеет права сам жениться — он должен стать мужем той девушки, которую найдут для него родители).
Дядя взял на себя все свадебные расходы и внес выкуп за девушку (пережиток номер три: в низких кастах обычно за девушек вносится выкуп, чем как бы покупается в семью работница, а в более высоких пытаются повыгодней пристроить девушку за образованного мужа и обычно стараются прельстить его большим приданым).
Так Кришанлал женился.
Неизвестно, по каким соображениям дядя подобрал для маленького и невидного племянника крупную здоровую девушку, которая скорей была под стать ему самому, так как он был высок и широкоплеч. Не прошло и полугода, как члены местной касты свиперов (пережиток номер четыре, и самый крупный повсеместно еще соблюдается деление на касты) узнали, что жена Кришанлала стала одновременно и второй женой его дяди (пережиток номер пять: от глубокой древности, от времен группового брака сохраняется и иногда вступает в силу обычаи иметь несколько жен, да еще к тому же завязывать брачные отношения с женами других мужчин семьи).
Вскоре она вообще предпочла дядю своему мужу, и Кришанлал снова остался один. Он уехал из деревни и стал работать i Дели.
Прошло несколько лет. Дядя, накопив денег, снова женил племянника и снова выбрал для него высокую цветущую девушку. И снова члены касты узнали, что жена Кришанлала после свадьбы ушла к его дяде.
Бедный Кришанлал подал жалобу в панчаят своей касты в той деревне, где жил дядя (пережиток номер шесть: выборный совет касты — панчаят — доныне строго следит за поведением всех ее членов и карает их за нарушение обычаев и кастовых предписаний).
Панчаят разобрал жалобу, признал ее справедливой и повелел дяде вернуть жену племяннику.
Дядя не посмел ослушаться панчаята — никто не смеет — и вернул жену. Кришанлал был счастлив несколько недель. Но вдруг его дядя надумал приезжать из деревни и предъявлять свои брачные права на его жену у него в доме.
