В IX–VIII вв. до н. э. сложилась Яджур Веда, служащая дополнением к Ригведе.
Периодом создания позднейших брахман, арканьяк и упанишад считают VII–VI вв. до н. э.
Период сложения сутр, также служащих дополнением к ведическому собранию духовных познаний, относят к V–III вв. до н. э.
В X–VII вв. до н. э. на севере Индии складывались государственные структуры организации общества. Древний полукочевой уклад жизни с каждым столетием все более уступал оседлому. Шло возвышение правящих династий. И вместе с тем развивалась духовная традиция аскетизма и отшельничества.
Ведическая эпоха в истории Индии наслоилась на следовавшую за ней эпоху рождения и развития буддизма, начало которого относят на конец VI в. до н. э. — первую половину V в. до н. э. (время рождения и земной жизни Будды). Корни буддизма произрастают из положений ведического знания о мире. Буддизму оказалась уготована будущность новой мировой религии, охватившей юго-восток Евразии.
Обобщая ведическую эпоху севера Индии II–I тыс. до н. э., следует сказать о том, что она не просто была крайним юго-восточным проявлением индоевропейской духовной и материальной истории Евразии. Ведические культура и литература Индии, одни из древнейших на планете, сумевшие выжить в века магометанского владычества, явили современному миру ярчайший образчик знаний и духовной организации всего индоевропейского общества Евразии II–I тыс. до н. э. в чистом, не замутненном позднейшими искажениями виде. Ни одна иная индоевропейская общность Евразии не сумела сберечь плодов своего духовного познания и наследия, данного ей опытом и знаниями далеких предков, так, как это удалось индоевропейской общности Индии.
Владычицей Передней Азии в XIV–IX вв. до н. э. являлось Ассирийское государство, расположенное в среднем течении реки Тигр (Месопотамия), со столицей в городе Ниневия. Главными врагами Ассирийской державы были Египет на юго-западе, государство Урарту на севере и Элам, со столицей в городе Сузы, на юго-востоке. Некогда могущественная держава хеттов к XIII в. до н. э. окончательно утратила былое значение и едва удерживала город Гаргамеш в Сирии. Ассирийские монархи многократно подчиняли себе юг Месопотамии (Халдея) и ее север, совершали многочисленные походы на восточное побережье Средиземного моря, однако одолеть главных соперников (Египет, Урарту, Элам) Ассирии было не под силу.
Период наивысшего подъема Ассирии приходится на вторую половину VIII — начало VII вв. до н. э. Однако уже в 612 г. до н. э. Вавилон и Мидия разрушили город Ниневию. А в 605 г. до н. э. Ассирия окончательно рухнула под ударами Вавилона и Мидии, явившихся новыми центрами силы Передней Азии.
Основание Вавилона, города на юге Месопотамии, относится к началу II тыс. до н. э., а история его государственности приходится на XIX–VI вв. до н. э.
Население исторической Мидии, страны на северо-западе Ирана, в IX в. до н. э. состояло из потомков индоевропейских кочевников евразийских степей в XIII–XII вв. до н. э., вторгшихся на земли древней цивилизации юга Туркмении, в долины рек Мургаб, Сырдарья, Амударья, Зеравшан, Теджен-Герируд. Археологической прародиной ушедших к югу кочевников следует считать три поздних этапа андроновской культуры XV–XI вв. до н. э. Предки мидийцев, так же как и оставшиеся в степях Евразии скифы (саки), были представителями ираноязычной группы континента. Духовным апологетом продвигавшихся к югу кочевников был великий религиозный реформатор и создатель древнейшей части Авесты Зороастр.
На юге Средней Азии в XIII–X вв. до н. э. произошло значительное смешение оседлого и кочевого элементов. В результате исторические мидийцы Северо-Западного Ирана являлись отчасти наследниками древней оседлой цивилизации юга Туркмении и севера Ирана V–II тыс. до н. э. Однако определяющим началом в природе мидийцев оставалось заложенное Зороастром авестийское духовное начало, хотя и ориентированное на оседлый быт городских цивилизаций Азии, в основе своей опиравшееся на ведические традиции и познания индоевропейцев степной Евразии.
Мидийцы и этнически близкие им персы, занимавшие земли Элама на юго-западе Ирана, являлись следующей за хеттами на рубеже III–II тыс. до н. э. волной индоевропейской полукочевой стихии Передней Азии. Утрата хеттами былого могущества во второй половине I тыс. до н. э. была с лихвой восполнена величием Персо-Мидийского царства, на западе граничившего с Элладой и Ливией, а на востоке — с долиной Инда и горными теснинами Памира.