Появление в степях Евразии значительного числа оседлого населения центров культуры и производства юга Туркмении и севера Ирана (Геоксюр, Анау, Намазга, Тепе-Гиссар) объясняет практически мгновенный, невиданный ни до ни после расцвет юга Урала XVIII–XV вв. до н. э. В богатых металлургическим сырьём землях tora Урала сложилась не просто своеобразная кузница великой степи, тут сформировалась своего рода столица военной аристократии индоевропейской кочевой стихии Евразии. Именно южноуральская степная элита явилась непосредственной преемницей древней переднеазиатской и южнотуркменской индоевропейской цивилизаций VI–III тыс. до н. э., главным духовным символом которых с V тыс. до н. э. являлся классический крест, ставший в дальнейшем олицетворением христианства.
Коснёмся внимательнее легендарной цивилизации Южного Урала XVIII–XV вв. до н. э. Внезапно начиная с рубежа XVIII–XVII вв. до н. э. на далекой периферии степного мира Евразии (центрами которого дотоле являлись долина Турана в Средней Азии, низовья Волги, Дона и Днепра) в верховьях рек Урал, Белая и Тобол возникло большое число укрепленных поселений. Здания, невиданные ни до ни после в здешних краях, представляли собой наземные бревенчатые срубы плошадью от 25 до 100 м, с сенями-выходом в середине стены. Внутри сруба сооружалось до двух очагов. Застройка поселений велась плотно, но с наличием необходимого числа улиц и площадей. Обязательным для всех поселков условием было возведение оборонительных сооружений, представлявших собой расположенную по периметру селения замкнутую систему рвов глубиной до 2, 5 м, и валов с обрамляющим их частоколом. Поселки практически всегда располагались вдоль рек, и часто при их строительстве использовались защищенные природой мысы коренного берега. Площадь поселений колебалась от 5000 до 9000 м2.
Андроновская эпоха. Томское Приобье. Черноозерско-томский вариант андроновской общности
Андроновская эпоха в Томско-Чулымском регионе. Андропоидный культурный массив. Еловская культура
Одной из наиболее замечательных черт первого, петровского, этапа андроновской культуры (XVIII–XV вв. до н. э.) явилось широкое распространение на ее территории боевых колесниц, воспетых «Ригведой». Их сохранили для нас захоронения андроновской культуры XVIII–XV вв. до н. э.
Для погребения воина в центре подкурганной площадки сооружалась камера-склеп (4х2,5 м) глубиной до 1,5 м, ориентированный по линии восток — запад. Стены камеры, основанием которой служило несколько бревенчатых венцов, облицовывались либо деревом, либо камнем, либо кирпичом-сырцом. Перекрытием служили бревна, при этом всегда сохранялся открытым доступ в склеп. В мужскую могилу помещалась боевая колесница, ориентированная дышлом на запад (видимо, по направлению генерального движения), диаметр колес составлял 1,2 м, ширина колесницы до 1,5 м. По краю склепа укладывали двух лошадей с бегущими ногами, ориентированных головами на запад. Оба колеса на четверть закапывались в грунт, сохранивший и поныне отпечатки обода и спиц. Кроме того, трупоположение сопровождалось богатым инвентарем из оружия и керамики.
Погребения разнились по возрасту и статусу захороненных. Детей хоронили на особом кладбище. Были индивидуальные курганные погребения воинов с колесницей, лошадьми и оружием; были богатые женские погребения и были родовые или фамильные погребения с расположенным в центре курганом, скрывающим останки патриарха — основателя рода, и захоронениями по кольцу диаметром около 15 м представителей основанной им фамилии.
В XVII–XV вв. до н. э. шла активная разработка медных месторождений юга Урала, Сибири и Казахстана. Никогда позже во II–I тыс. до н. э. степи Евразии не видели такого обилия изделий из бронзы, меди, золота, серебра.
Наряду с разведением крупного и мелкого рогатого скота носители андроновской культуры XVII–XV вв. до н. э. активно занимались пашенным земледелием. Климат южноуральских широт той эпохи благоприятствовал процветанию сельского хозяйства.
Керамика андроновской культуры во многом по форме и орнаменту повторяла южнотуркменскую. Орнамент являлся геометрическим, с элементами древней индоевропейской крестовой традиции V–IV тыс. до н. э., согласно которой тулово и донце сосудов украшались изображениями крестов. Наряду с этим в керамике и орнаментации юга Урала и Средней Азии второй четверти II тыс. до н. э. присутствовали классические степные мотивы, выражавшиеся в треугольных расчесах, украшавших верх и низ сосудов, и в чисто степной традиции чуть сузить верхнее тулово, словно боясь расплескать содержимое. Вся керамика андроновской культуры плоскодонная, что является следованием классической индоевропейской традиции предыдущих и последующих тысячелетий.