Пока я обхожу здание и нахожу два выхода: парадный и задний, то именно к последнему подъезжает обшарпанный фургон. Прячась за стеной, вижу, как задние двери открываются, и оттуда выводят десять человек одетых в парадную одежду мусульман. Да и язык, на котором им объясняют что-то, является арабским, он был одним из первых требуемых знаний, чтобы начать подготовку к работе в моём отделе.
– Вы можете делать с ними всё, что захотите. Когда ваши потребности будут удовлетворены, то очистите их души, – наставляет их, как я понимаю, главный, пока четверо подходят к задней двери и двое из них скрываются в помещении. Охрана.
Мужчин заводят внутрь, а главный подходит к одному из вооружённых, оставшихся у задней двери, и сообщает ему:
– Как только машина уедет, уничтожить всех, кто там находится. А затем, как мы и планировали, взорвать, чтобы трупы сгорели, да и план, наконец-то, ожил.
Закрываю глаза, качая головой и понимая, в какую аферу влезла Бланш. Идиотка. Даже если она умеет защищаться, то четырнадцать мужчин, до зубов вооружённых и собирающихся оставить от этого места только пепел, для неё смертельно опасны.
Задания, подобные этому, всегда уносят жизни, хочешь ты этого или нет. Здесь очень сложно предугадать последствия, потому что разум людей, вроде тех, что сейчас в доме, нелогичен и завербован. Им предоставили возможность воспользоваться услугами проституток, чтобы ослабить волю и полноценно подчинить себе. И это свидетельствует о том, что в ближайшие два-три дня в Лондоне будет нападение на мирных жителей, сотни погибших и столько же раненых. Город захлестнёт новая волна паники и страха, что скажется на премьер-министре и на всех нас в целом. Бланш вряд ли смогла бы пройти мимо таких знаний и поэтому решилась на безумный ход. Но одной ей не выжить. И у меня остаётся единственный выход – спасти её и вытащить оттуда, подвергнув тотальной ликвидации всех, кто сейчас приехал. Помощь звать бесполезно, они не успеют. У меня есть один вид оружия, и меня не пропустят внутрь просто так, если я не обдумаю чёткие ходы. Итак, по периметру установлены решётки, из дома не выбраться никак, кроме как через двери. Одиннадцать человек вместе с главным в данный момент выбирают себе жертв и расходятся по комнатам. Если обычные смертники получат одну на двоих, то он захочет самую лучшую. А это Бланш Фокс. Мне будет в радость прикончить это животное, я даже буду наслаждаться его кровью на своих руках.
Фургон отъезжает от двери и паркуется недалеко от дома, оттуда выскакивает человек в такой же одежде, как и у других, скрывающий лицо и тело под чёрными тряпками. У меня есть пара мгновений, чтобы сбросить пальто и приготовиться к нападению. Двое охранников что-то обсуждают на пониженных тонах и вряд ли заметят исчезновение водителя, который тоже хочет получить свой кусочек удовольствия. Задерживаю дыхание, и как только мужчина появляется слева от меня, хватаю его за шею и тащу за собой. Всё должно быть выполнено крайне тихо, поэтому мне приходится перехватить его руки, потянувшиеся к автомату, висящему спереди, и применить ещё больше силы, чтобы удушить его. Дыхание становится хриплым, сопротивление сбавляет обороты, и теперь пришло время для последнего смертельного трюка. Отпускаю его на секунду, чтобы руками обхватить его голову и сосредоточиться на собственной мощи. Один резкий толчок, чтобы сместить позвонки, и второй, чтобы надавить на них, повернув голову под углом, и раздаётся характерный треск. Тяну назад к мусорным бакам мёртвое тело и снимаю с него одежду. Она у них безразмерна, но мой рост должен будет смущать их, ведь они не такие высокие, как я. Но сейчас, а особенно в полутьме, которая обязательно будет присутствовать внутри дома, на это никто не обратит внимания. Пока я переодеваюсь и закрываю лицо, слышу, как у парадной двери раздаётся хриплое бульканье и тяжёлый глухой звук. Они убили тех, кто охранял другой вход, значит, мы окружены, и придётся добровольно идти в логово, чтобы вытащить оттуда эту безумную, потенциально опасную для себя же идиотку.