− Проснулась все-таки? – невесело ухмыльнулась она, - Все вспомнила?
− Нет, - покачала головой девушка, перебирая две темные пряди, тянущиеся с затылка.
− Ты же силу восстановила, перекидываешься!
− Силу – да, а память не хочет возвращаться! Сюда кое-как добралась, а что делать дальше, даже не представляю! Природы силы своей тоже не понимаю: вроде ни заклинаний ни вис не читаю, а все по мыслям сотворяется.
Захохотала дева-лиса, обнажив острые белоснежные клыки.
− Ну, так я тебе тогда расскажу, что ты проспала! Если решишь выручать моего брата – помогу, чем смогу, если нет… Значит, гнилая у тебя душонка оказалась! Дело твоё, но не жди, что я при следующей встрече тогда с тобою просто беседовать стану! Ты сильна, но и я не из соломы сделана!
− А ты не пугай! Как тебя звать, кстати?
− Сивайс. Ты свое-то собственное имя вспомнила?
Растерялась Марит, но вспомнила, как Равенорк шептал ей, прежде чем она сознание потеряла:
− Иса!
− То-то! Если имя есть – и другое подтянется! Слушай что произошло, но учти: я всего не знаю. Когда эта бойня с гримтурсенами затеялась, многие ётуны в ней участвовать не хотели – у нас многие могут беспрепятственно по другим мирам ходить и никаких Биврёстов нам не нужно, и Хеймдаль9 не указ! Опять же, отследить нас сложно: любое обличье примерить можем, сама, небось, уже поняла. Равенорк из таких и был: вы как раз пожениться собирались, он рисковать не хотел. Не знаю, как это получилось, но тебя захватил Фрейр – это мы узнали позже, через шпионов в Асгарде, а потом ты исчезла. Брат сходил с ума: грозил весь Асгард разнести… Я его еле успокоила. Чтобы не случилось беды, решила с сестрой твоего похитителя Фреей договориться – ты ведь знаешь, мужчины всегда сначала передерутся, а потом разговаривают, а это совсем не нужно. Фрея объявила, что расскажет о тебе только за половину сил Равенорка. Брат согласился, и она сказала, куда примерно тебя отправили, обрядив в человеческое тело. Об одном не сказала – став человеком, ты всю память и знания растеряла. Как брат тебя признал – до сих пор понять не могу.
Она замолчала, смотря себе под ноги.
− А почему твой брат исчез, когда я просыпаться стала? – спросила Марит-Иса.
− Да этот дурак в тебя остаток сил влил, а сам слабее теленка стал. Меня рядом не оказалось, как его захватили я тоже не смогу рассказать. Только опять к Фрее пришлось обратиться – у Фрейра он: скован ошейником, что сделан из остатков волшебной сети Глейпнир10, сотканной из того, чего больше не осталось в мире.
− Что же теперь делать? – расстроенно пробормотала Марит, но Сивайс расслышала.
− «Что делать! Что делать!» - кривляясь, передразнила она, - К Фрейру идти, если нужно, сразиться с ним – вдвоем, авось, справимся! Ты идешь?
Великанша подпрыгнула, перекувырнувшись в воздухе, приземлившись на лапы большой серебристой лисой; оглянувшись, нырнула в круглый межмирный лаз лисьей норы. Чтобы не отстать, Марит прыгнула за нею, как в воду, выставив перед собою руки. Темнота перед глазами сменилась мельканьем световых линий разных цветов. В ушах взвыл комариный визг голосов, льющихся отовсюду. Девушка вертела головой, ища источник звуков, но так и не нашла его, пока не поняла, что каждая световая линия вибрирует: от каждой из них исходит писк и свет. Вслед за лисой-проводницей погружаясь все глубже и глубже, устремляясь к источнику, показалось, что она начала улавливать различия между голосами и светом нитей – каждая не похожа на другую, нет двух одинаковых.
Резко тряхнуло, Марит непроизвольно ухватилась за лисий хвост, маячивший впереди и вынырнула в яркий розовый свет теплого весеннего утра. До горизонта тянулось вспаханное поле, гранича с крупными квадратами цветущих плодовых садов. Слева вилась тонкая бечевка реки, отражающей бегущие по небу овечки облаков. В уши полились медовые трели невидимых пернатых певцов. В пушистой меховой шубе стало очень жарко: девушка распахнула её поскорее. Лиса снова обрела черты неистовой Сивайс, которая, настороженно оглядываясь, принюхивалась к странным после морозного леса, окружившим запахам цветов и распустившихся трав.
Девушки не сразу заметили идущую по тропинке в их направлении женщину, одетую в платье винного цвета, с красивым золотым обручем в темных волосах, отбрасывающим на полуденном солнце яркие блики. Она не спеша подошла к ним, окинула проницательным взглядом, безо всякой улыбки.