− А теперь самое интересное! – захлопала в ладоши Фрея. Опять закружились золотые искры и остались на земле лежать два совершенно одинаковых пояса. Только хотела Марит выбрать, как Фрея сама подняла один из них, подпоясала её, обняла крепко и впилась в губы страстным поцелуем: округлила глаза от неожиданности девушка, а это не Фрея, а женоподобный огненно-рыжий мужчина. Оторвался он нехотя от нее, ухмыльнулся и прошептал на ушко:
− Ты мне помогла кусок Глейпнира достать, а я тебе помог. Живите счастливо! Помяните добром Локи, побратима Одина! Только вам придется пока в Мидгард вернуться, людьми пожить, пока всё утрясется, Фрейр в себя придет, а Фрея от злости отойдет – я ведь её тоже обманул, чтобы все получилось. Дальше видно будет! Может, иногда, у очага выпьете пенного за здравие Шрамоустого!
Вновь поцеловал девушку рыжеволосый проказливый ётун…
Марит открыла глаза: Гутлеиф тихо посапывал под волчьей шкурой, за окном вились цветными лентами «отблески доспехов валькирий». В доме похолодало – очаг почти потух. «Ах, чтоб тебе! Забыла вчера дров из поленницы в дом наносить! Теперь придется во двор идти!» Накинула шубу, выскочила за дверь… Со стороны леса к ограде селения шел одинокий путник – огромный, в пушистой шубе до самой земли, за плечами огромный топор… Забыв про дрова, про холод… обо всем на свете, бежала Марит в домашних туфлях прямо по заснеженной улице, навстречу великану, который со всех ног спешил к ней. Встретившись, запутались в меху шуб, руках, поцелуях, никакая сила не смогла бы оторвать влюблённых друг от друга. Равенорк давно поднял девушку на руки, отогревал на груди, тихонько порыкивая:
− Никому теперь не отдам! Слышишь? Хоть сам Один польстись! Весь Асгард по камешку разберу!
− А свадьба будет? – несмело пролепетала Марит. Великан в ответ расхохотался:
− Если хочешь, все окрестные селения на нашу свадьбу созову! Конунг поздравлять приедет!
− Нет, не надо! Хестескона достаточно!
− Хорошо, моя лисичка чёрно-бурая!
Когда Гутлеиф проснулся, ужасно удивился, что пришлый лесоруб у них в доме хозяйничает. На гвозде висела необъятная песцовая шуба. Марит, сверкая счастливыми глазами, жарила огромный кусок мяса на завтрак, а чужак ласково перебирал русые пряди её волос.
− Равенорк, мой жених, - смущаясь пояснила сестра.
− А как же Йоар? – озадачено протянул Гутлеиф.
− Гулбрандсен женится на Аудни Лунд! – ещё больше удивила девушка.
В тот же день стала Марит собирать свои вещи в сундук – отправлялись они с женихом в его лесной дом. Проходя мимо Лундов, они встретили Аудни, которая несмело поманила подругу рукой.
− Прости меня, - скороговоркой выпалила она, - Я нашла твои серьги, но сразу не отдала – очень уж они красивые! А вчера глянула – рубины выцвели, золото побелело! Вот, возьми, - она сунула в руку подруге маленький тряпичный свёрток.
− Не нужно, оставь себе! – улыбнулась ей Марит, - Пусть они тебе принесут счастье!
***
Как отыграли богатую весёлую свадьбу Марит и Равенорка, ушла ученица вёльвы Янике Агги от своей наставницы. Приняли её в семью лесоруба: хорошо в лесу жилось, а новая наставница свою ученицу только нахваливала.
Странная перемена произошла с Йоаром Гулдбрансеном – сыном местного ярла: он свою жену Аудни только что на руках не носил. Совсем не терпел, когда при нём женщин обижают – тут же в драку лез - за это очень уважали его. Как ярлом стал, поговаривали, справедливее и мудрее его не находилось правителей в округе.
Все окрестные селения облетела слава о мастере Равенорке, когда он своему шурину на свадьбу, собственноручно построенный драккар подарил. Каждый бы хотел от великана какую-нибудь вещь получить: удачу и счастье они обладателю приносили. Также, слава шла о его прекрасной жене Марит – знатной вышивальщице и сильной вёльве. Не было такого дела, с которым бы они вдвоём не справились, только странное место себе для жилья выбрали – в чаще леса большой дом поставили.
Люди частенько видели, как у них гостила высокая белоглазая девушка – вроде слепая, а лучше многих зрячих в лесу ориентировалась.
Еще один необычный гость навещал это семейство – смахивающий на девицу тончавый рыжеволосый парень. Кто он, откуда, куда опять уходил – никто не знает, но в те годы, что он появлялся, в округе, у самых красивых женщин, рождались рыжеволосые дети, обладающие странными силами, людям не свойственными.
Также поговаривают, что есть в лесу возле Хестескона большая лисья нора, в которую если нырнуть, то в любой из миров попасть можно – врут, наверное!
Сноски:
1. Асы убили своего прадеда Имира, а из его тела сотворили Мидгард: из мяса — землю, из костей — горы, из волос — растения, из мозга — облака, из черепа — небосвод, каждый из четырёх углов которого они свернули в рог и посадили туда дверговНордри, Судри, Аустри и Вестри. Из ран Имира вытекло столько крови, что в ней утонули все инеистые великаны (и даже Аудумла). Спасся лишь Бергельмир со своей женой, и они положили начало новому роду гримтурсенов.