Их дом стоял близко к фьорду – пришлые убили родителей, пятилетнюю Марит мать успела закрыть в сундук – её не нашли, а Гутлеиф убежал через заднее окно, позвать на помощь. Девушка не помнила этих событий: брат рассказал ей позже, когда она немного подросла. Теперь брат стал главой семьи и его нужно было слушать…
Рассеянно разглядывая деревья, освещенные всполохами с неба, девушка вдруг опять заметила два холодно-голубых глаза, светящих из чащи. Замерев от неожиданности, она с удивлением смотрела, как мягкой походкой на открытое место выходит огромная – ростом с козу – полярная лиса. Её серебристо-серую шерсть словно подернул иней – такой эффект создавал темный подшерсток и белоснежные верхние шерстинки. Лиса шла, не таясь прямо к девушке. Вдруг из леса показалась такая же лиса – поменьше ростом: её глаза застилала белая мгла – как у слепой.
Двое лис, по-видимому, самец с самкой и девушка, стояли напротив в пронзительной тишине полярной ночи, освещенные «Сиянием доспехов валькирий», смотря друг на друга. Смолкли шорохи, далёкий говор жителей Хестескона, морозное потрескивание деревьев в лесу… Только горячий стук сердца бился в висках. Марит не могла сказать, сколько времени они так простояли.
Неожиданно громкие перекрикивания рыбаков во фьорде разрушили волшебство. Лиса что-то протявкала своему спутнику, ткнулась носом ему в шею. Также тихо, как и появились, пара покинула Марит, словно ничего и не было, а девушка медленно, как будто отходя от сна, пошла в сторону дома.
Странная встреча не шла из головы: вдруг эти лисы – фьюльги5, что показываются перед смертью? Может им с братом вскоре придется отправиться в обители духов? Гутлеиф тот точно отправится в валгаллу, а вот она куда попадет? Только бы не в мрачные чертоги Хель! Девушка так задумалась, что с ходу налетела на кого-то. Посыпались незнакомые слова… Да это же Бриджит, наложница Гулбрандсена! Пока та непонятно ругалась по-франкски, Марит заметила, что под глазами девушки залегли темные тени, а веки и нос опухли: похоже она долго плакала.
̶ Извини, - буркнула Марит, собираясь пройти мимо, но Бриджит поймала её за запястье, точно так, как некоторое время назад её покровитель.
̶ Ты Марит! – обвиняюще проговорила она, - Хотеть замуж за Йоара! Нет! Нет это! Бриджит за Йоара! Не отдать!
Услышав эти нелепые обвинения Марит не сдержала злого смеха. Вот уж глупости! Бриджит поняла все по-своему.
̶ Не отдать! – закричала она, вцепляясь одной рукой в косу девушке, другой метя ей ногтями в лицо, дергая за нарядную новую накидку. Только и дочь Ванскелигов не так проста – с копьем не раз на охоту отправлялась, когда брат в походы ходил, а однажды даже от разбойников отбилась. А тут какая-то изнеженная франкская девица!
С размаху, вложив все обиды, нанесенные ненавистным Йоаром в этот удар, она заехала девице в челюсть – в руке отдало резкой болью. Бриджит упала навзничь и осталась лежать, поскуливая, а Марит плюнула на снег рядом с поверженной и процедила:
̶ Не нужен мне твой Йоар! Не смей больше никогда прикасаться ко мне.
«Рука опухнет», - отстраненно подумала девушка, на ходу разминая ушибленные костяшки. «О бедах, похоже, предупреждали фьюльги». В спину резко дунул порыв холодного ветра, взметнув рой снежинок, закружившихся вокруг неё маленькими смерчами.
Вельва Янике не раз и не два бралась смотреть на рунах судьбу Марит, но каждый раз выпадала ей ледяная руна Иса, останавливающая и замораживающая всякое движенье. Никак Янике не могла пробиться через неё: «не дают мне смотреть!» говорила. «Холодом веет и снегом. Что ж тебе Норны готовят?».
Гутлеиф задумчиво жевал лепешку, запивая подогретым элем, сидя рядом с очагом, протянув ноги к огню.
̶ А, вернулась!- встрепенулся он, когда Марит вошла, расстегивая серебряную застежку плаща, - Есть к тебе разговор.
Сестра молча повесила обнову на гвоздь у входа и примостилась рядом.
̶ Что стряслось? – со вздохом произнесла она.
̶ Знаю, не ладишь ты с моим другом Йоаром – с детства как кошка с собакой. Из-за тебя, между прочим!
Девушка возмущенно открыла рот, чтобы возразить, но брат поднял руку, останавливая.
̶ Подожди, дай досказать. С детства Йоар сохнет по тебе – это все знают, только ты одна не замечаешь.
̶ Как тебе такое в голову пришло! – не выдержала Марит, - Он меня замучил своими гадкими выходками! Насмешничает, дважды с пристани сталкивал! А однажды, на спор, даже ножом в дерево рядом со мной кинул! А уж как только не обзывал!..
̶ Да потому, что ты и глядеть в его сторону не хочешь! Улыбнулась бы хоть раз ласково, он бы тебя золотом осыпал! В общем, Йоар приходил руки твоей просить. Подарок от всего сердца принёс, а ты, как всегда, все испортила. Возьми серьги, не отказывайся! Он ведь чуть не погиб, их добывая. Я отбил меч ему предназначенный, а сам в бок копьем получил. Со временем друг мой ярлом станет – честь какая тебе, женой его быть! Да что ты все руку трёшь?