Мэзер резко садится, судорожно вздыхает, будто слишком долго пробыл под водой, и смотрит на меня. Наконец-то смотрит на меня.
– Мира, – выдыхает он облегченно.
Замечает Рареса и, поморщившись, расправляет плечи.
– Что случилось? Где Фил?
– С ним все хорошо. – Рарес шагает к нам. – Скоро и его подлатаем. Сегодня список жертв Ангры не пополнится вашими именами.
Я нервно покусываю губы, подавляя желание продолжить эту тему.
– Оставлю вас ненадолго. Уверен… – Рарес замолкает, его взгляд падает на наши с Мэзером руки.
Я напрягаюсь, не зная, отдернуть свою ладонь или нет.
– У нас есть еще время, – заканчивает Рарес и, выходя, закрывает за собой дверь.
Его слова тяжестью ложатся на сердце.
Я поворачиваюсь к Мэзеру, и он подается ко мне. Он долгие месяцы не смотрел на меня так открыто, как сейчас. Я осторожно касаюсь его виска. Мне не верится, что рана полностью затянулась. Мэзер не вздрагивает от моих прикосновений. Он глядит на меня с легкой улыбкой на губах. Я волнуюсь.
– От тебя воняет, – закашливаюсь я. От него действительно пахнет потом.
Улыбка Мэзера становится шире.
– Я тоже рад тебя видеть.
– Тебе нужна… вода.
Вскочив, я подхожу к умывальному столику. Хватаю полотенце и погружаю его в таз с водой. Мне необходимо чем-то себя занять.
Я слышу, как Мэзер спускает ноги на пол.
– Снег небесный, что ты сотворила со мной?
– Спасла тебе жизнь. – Я протягиваю ему полотенце.
Мэзер стаскивает с головы повязку. Стирая полотенцем запекшуюся на лбу кровь, не сводит с меня глаз. С каждой прошедшей в молчании секундой на плечи словно ложится все больший груз.
– Фил все рассказал, – говорю я. – Кого еще Ангра…
Беспокойство за Мэзера заглушило все остальные тревоги, но теперь они обрушились на меня с новой силой. У меня много вопросов, но я страшно боюсь задать хотя бы один.
Мэзер встает.
– Только нас, – тихо отвечает он.
Страх и ужас ненадолго отпускают меня.
– Дендера ведет остальных в безопасное место. Мы с Филом отделились от них, чтобы… найти тебя. Только не вздумай себя винить! Я уже дважды тебя отпустил. Никакая сила в мире не помешала бы мне в этот раз пойти за тобой.
Я ошарашена. Не такого ответа я ожидала услышать от окровавленного Мэзера, который всего минуту назад был на волоске от смерти. Тяжело сглотнув, он прислоняется к стене рядом с умывальным столиком.
– Ангра… Его не было с нами, когда солдаты привезли нас в горы. Он не стал нападать на Пейзли. Почему? Зачем ты здесь?
Я пробегаю пальцами по краю таза. Разговаривать с Мэзером о магии, Пейзли и Ангре почему-то намного легче, чем о том, о чем хочу на самом деле. Поэтому я объясняю все, опуская детали. Я рассказываю ему о том, что я – накопитель и что Ангра тоже стал накопителем, когда сломали его посох. Рассказываю о Распаде и причинах его распространения. Я объясняю, что Рарес – член ордена Искупителей и что я последовала за ним, потому что не могла контролировать свою магию и должна была узнать, как победить Ангру. Я рассказываю ему о лабиринте, о трех испытаниях, о магическом источнике и ключах, которые мне нужно забрать у Ангры. Но я не уточняю, что именно мне придется сделать, чтобы уничтожить магию. И не говорю, что благодаря магии могу прожить сотни лет.
И все же к концу моих объяснений Мэзер взирает на меня с ужасом и скрещивает руки на груди.
– Нам нужно в Винтер. К лабиринту, – говорит он. – Нужно опередить Ангру.
– Да. Но я не могу пойти неподготовленной. У меня нет права на ошибку. – Я подавляю вздох. – И времени почти нет.
– Тогда нужно это время выиграть. Собрать армию. В конце концов, у нас должны быть где-нибудь сторонники. – Мэзер прикрывает глаза, его дыхание сбивается. – Мы атакуем его и выиграем тебе столько времени, сколько понадобится.
Я с улыбкой обхватываю пальцами его руку.
– Планы будем строить позже. А сейчас отдохни.
– Это приказ, моя королева? – улыбается он.
Я подталкиваю его к постели, но он стоит как вкопанный.
– Да, это приказ, – говорю я. – И еще я приказываю тебе никогда больше не оказываться на пороге смерти.
Я ловлю на себе его пристальный взгляд. Мэзер сжимает мои пальцы.
– Прости меня. Прости, что только в этот раз пошел за тобой.
Я не сразу понимаю, о чем он, а когда понимаю, у меня перехватывает дыхание. «Я уже дважды тебя отпустил», – сказал он.