Первым, кого я увидела, был Элай. Он сидел на койке, сгорбившись, будто невидимая гиря давила на его обычно гордые плечи. Повязка на левой руке белела на фоне бледной кожи, словно насмехаясь, и служила постоянным напоминанием о моей пуле, о моей вине. Потом мой взгляд упал на неё.
Девушка в белом халате держала его за запястье, и её тонкие пальцы с идеальным маникюром бледно-розового цвета нежно скользили по его коже. Кореянка с волосами, черными как ночь, и глазами, напоминающими обсидиановые лезвия. Очки в тонкой оправе лишь подчеркивали ледяное безразличие на ее лице. При моем появлении уголок её губ едва заметно дрогнул — на миг я увидела оскал хищницы, прячущей острые клыки под маской спокойствия. Я настороженно окинула её взглядом, пытаясь понять, кто она такая. Она была мне совершенно незнакома, и моя первая реакция была полна недоверия и ревности.
Она резко отпустила его руку, словно прикоснулась к раскалённому металлу. Я же впилась в неё взглядом, пытаясь пробить дыру в этом безупречном фасаде, разгадать её мотивы. Затем она встала и, даже не поздоровавшись, направилась к стойке с препаратами, словно я была пустым местом. Я мгновенно кинулась к Элаю, не в силах больше ждать.
— Элай… — имя сорвалось с моих губ само собой, как кровь из глубокой раны. Слёзы хлынули вопреки моей воле, размывая тушь и застилая всё вокруг пеленой.
Я схватила его ладонь — всё ещё теплую от чужого прикосновения, и сжала её сильнее, пытаясь заместить чужое тепло своим.
— Ты… в порядке? — голос сорвался на полуслове, выдавая тревогу, которую я тщетно пыталась скрыть.
Лицо Элая было бледным, с синеватым оттенком под глазами, но, несмотря на это, он выглядел немного лучше, чем в нашу последнюю встречу.
— Я в порядке. А ты как? Как себя чувствуешь? — спросил он, внимательно разглядывая моё лицо, словно пытаясь найти ответ на свои вопросы.
Только спустя мгновение я осознала, что на мне то самое нарядное платье, в котором я недавно ужинала с Леоном, мои губы накрашены яркой алой помадой. Элай протянул слабую руку к моему лицу и вытер слёзы, которые продолжали литься и продолжил:
— Всё нормально. Не плачь, испортишь свой прекрасный макияж, — в его словах чувствовалась какая-то отстраненность, холод.
— Это не то, что ты думаешь! — воскликнула я, чувствуя, как внутри нарастает паника. Я боялась, что он неправильно поймет всю ситуацию.
После этих слов его рука опустилась ниже, к моим губам, и небрежно размазала алую помаду по щекам. Я широко раскрыла глаза от удивления, не понимая, что он делает. Внезапно его глаза загорелись зловещим красным огнём.
— Значит, пока я был в отключке, ты стала куколкой Леона? — грубо произнес он, в его голосе звучала ярость и обида.
Я не могла поверить своим ушам… Неужели он действительно так обо мне думал?
— Что ты такое говоришь? Мне приказали одеться так и спуститься на ужин, и всё! Это было условие, чтобы он позволил мне тебя увидеть!
— И ты послушно всё выполнила, да? – в его голосе звучала неприкрытая насмешка.
Передо мной был совершенно другой Элай, не тот, кого я знала прежде. Слёзы, которые сначала лились от счастья, что он жив, теперь стали результатом ярости, которую я не могла контролировать.
— Элай, ты не имеешь права сейчас меня оскорблять! Ты хоть знаешь, как я переживала за тебя? Я молилась каждую минуту, чтобы ты скорее очнулся. Всё, что я делаю, только ради твоего спасения! Неужели ты этого не понимаешь?!
Я уже начала опускать голову, чувствуя, как силы покидают меня, когда вдруг Элай резко вздёрнул мой подбородок и почти прошипел сквозь зубы:
— Тогда поклянись мне, что он тебя даже не трогал! Поклянись, что между вами ничего не было!
Я всхлипнула, чувствуя, как предательские слезы снова начинают течь по щекам.
— Ничего не было. Это был просто ужин, — произнесла я, положив дрожащую руку на его щеку и медленно поглаживая ее, чтобы успокоить и дать понять, что его переживания безосновательны.
Он смотрел в мои глаза, словно пытаясь загипнотизировать, проникая в самую душу своими полыхающими красными глазами, которые со временем начали возвращаться в обычное состояние.
— Хорошо, — громко выдохнул он, словно избавляясь от тяжелого груза, и откинулся на спину, закрыв глаза.
Я решила, что сейчас самое время выяснить, кто эта таинственная девушка, которая была рядом с ним.
— Элай, — голос дрогнул, выдавая внутреннюю дрожь, — та девушка в белом… Ты её знаешь? Кто она такая?
Он замер, будто в него вонзили невидимый клинок. Веки нервно дёрнулись, когда его взгляд скользнул к стеллажам с медикаментами — туда, где застыла её тень. Пауза наполнилась назойливым гудением ламп, словно улей разъярённых пчел поселился под потолком.