Я причинил ей боль… уже стал монстром.
— Почему у меня был приступ?
— Сложно сказать. Мутация прогрессирует быстрее, чем я предполагала, — её голос звучал обеспокоенно.
— Значит, скоро меня уже нельзя будет спасти?
— Не неси чушь, — её голос дрогнул. — Я что-нибудь придумаю. Я найду способ.
— Любопытно… — от моего движения наручники звякнули металлом по койке. — Зачем тебе вообще меня «спасать»?
— У меня есть на то свои причины, — ответила она.
— Мне кажется, или ты играешь в какую-то двойную игру? — брови нахмурились сами собой.
— Игру? — произнесла она, медленно поворачиваясь ко мне лицом. И её губы медленно искривились в странной полуулыбке. — Да, возможно, ты прав, Элай. Жизнь — это игра. Только постарайся не проиграть в ней самого себя.
Её слова были полны скрытого смысла, и я не мог до конца понять истинных её намерений. Какая ей выгода от моего спасения? Даже когда мы были в отношениях, она редко говорила правду, а сейчас тем более не станет этого делать.
Ладно. Я сам выясню, что она скрывает.
— Давай заключим сделку, — внезапно сказала она. — Ты меня слушаешься и не перечишь, что бы я тебе не колола. А взамен я постараюсь очистить твой организм от этой вакцины.
— Звучит неубедительно, — недоверчиво посмотрел я.
— Ахах, прости, но без проб и ошибок наука не работает, сержант.
— Да ты смеёшься надо мной? А если в результате одной из твоих уколов я откину коньки? — возмутился я.
— Да брось. У тебя особо нет выбора, — её голос стал твёрдым, не терпящим возражений. — Ну так что? Согласен?
Я подумал пару секунд, взвешивая все «за» и «против», и всё же неохотно дал своё согласие.
— Кстати… — она наклонилась ко мне ближе. — Забыла сказать, что тот стабилизатор, который я тебе вколола, подобен яду и вызывает быстрое привыкание.
— Что?! — я рванулся вперёд, но наручники больно впились в кожу. — И это ты сообщаешь мне только сейчас?
— Другого выбора не было. Иначе ты бы здесь всех переубивал, и тогда никто бы тебя уже не вытащил.
— И сколько он действует?
— Дня два… Возможно, — неуверенно ответила она.
— Возможно?!
— Времени на полноценные тесты не было, — она развела руками. — Ты неожиданно сорвался. Посмотрим, как поведёт себя твой организм. Будем наблюдать.
— Я, по-твоему, подопытный кролик, чтобы меня пичкать чем попало?
— Ты уже забыл? Сделка заключена. Так что спорить сейчас бесполезно, — напомнила она.
Я стиснул зубы, чувствуя, как ярость волнами пульсирует в висках. Но страх перед новым приступом и потерей контроля заставил меня сдержаться.
— И что мне делать, когда он снова начнётся? Бежать сломя голову к тебе невесть откуда? — спросил я.
— На днях я сделаю ещё стабилизаторы и дам их тебе, а также параллельно буду совершенствовать их формулу, чтобы всё же она была менее вредной, чем сейчас. А сейчас у тебя есть какие-нибудь странные симптомы? — поинтересовалась она.
— Сложно сказать, но на данный момент у меня раскалывается голова и немного тошнит.
— Тогда пока всё в норме. Но сегодня никуда не выходи. Мне нужно понаблюдать за тобой, — предупредила она.
— Хорошо. Может, всё же снимешь с меня эти железяки?
Она медленно провела взглядом от моих запястий до лица, губы сложились в тонкую ниточку
— Хмм… Нет. Мало ли что.
— А если я захочу в туалет? — резонно спросил я.
— Не волнуйся, — она ухмыльнулась. — Я зайду. Проведаю.
Я недовольно цыкнул. Дверь с тихим щелчком захлопнулась, оставив меня наедине с холодом наручников и мыслями о Лэйн.
Интересно… Что она сейчас делает?Перед глазами снова всплыла картина её тренировки в тире… Её руки, дрожащие на моих… Горячее дыхание…А потом меня накрыла волна воспоминаний.
Воспоминание. Год назад. Корпоратив.
Душный клубный воздух, пропитанный сигаретным дымом и приторно-сладковатым запахом разлитого алкоголя. Громкий смех, обрывки бессмысленных фраз, мелькающие в полумраке лица — всё это слилось в один оглушительный гул. Бар был переполнен, а мы с Лэйн забились в тихий угол, словно два заговорщика, прячась от всеобщего внимания и шума.
Она была пьяна — больше, чем когда-либо. Глаза её блестели, как мокрый асфальт под яркими уличными фонарями, а щёки пылали ярким румянцем. Я пытался быть рациональным и трезвым (хотя сам уже давно переступил эту черту), но её смех — хрипловатый, чуть срывающийся — разбивал все мои барьеры вдребезги.
— Давай, ещё по одной, — прошептала она, толкая в мою сторону очередной наполовину пустой бокал.
Я покачал головой, но невольно улыбнулся:
— Думаю, тебе уже хватит… да и мне тоже.
— Мы только начали разогреваться! — она надула губы, как капризный ребёнок. — Ты что, сдаёшься?