— Получается, твои сверхвозможности обостряются после непосредственного взаимодействия с участниками Древнего Круга? Надеюсь, они тебя больше не призовут в Карицию. В прошлый раз это могло стоить тебе жизнью. Ты же чуть не погибла на моих глазах!
Я улыбнулась тому, с каким пониманием Ния относилась ко мне, ведь «прошлый раз» оказался для меня поистине тяжелым. На то, чтобы совладать с тем мощнейшим ритуалом Договора Дня и Ночи мне пришлось поставить на кон все имеющиеся у меня тогда ресурсы: именно поэтому я быстро ослабевала при малейшем восприятии сверхэнергии по прибытию в Академию, и именно поэтому Кейтлин Вик обязали энергетически подпитывать меня в первый день после ритуала… В сознании до сих пор всплывали отголоски того, что произошло со мной в Кариции. Еще какое-то время мое тело покрывалось черными ветвистыми полосами, выделявшимися под кожей, подобно взбухшим венам с неестественным жжением внутри. Директриса сделала все возможное, чтобы не допустить больше тех воспоминаний, связанных с производством ритуала-отмены, и той приступообразной болью в теле, мучавшей меня первое время.
— Известно, когда появятся Дира с Даяной? — задала я вопрос, поздно поймав себя на мысли, что вновь уходила в себя.
— Сегодня первый день заселения. Думаю, вряд ли мы встретим их сегодня. Девчонки живут далеко от Вигерии, — Ния комфортно уселась на кровать, не смыкая с меня веселых глаз. — Все… теперь я готова внимательно тебя слушать.
— Ам… — растерянно уставилась я на нее, слегка сузив глаза, — что именно ты хочешь от меня услышать?
— Что «что»? Как лето в доме директрисы провела! От тебя же почти ни слова не поступало за время выезда!
— Что ж, — подумала я, объективно оценив ситуацию со стороны, — это справедливо. Эрия многому меня научила, так что за первое полугодие я прошла социологию.
— У меня в этом году тоже появиться спецкурс. Ты ж будешь ходить вместе со мной?
Я сдержалась от комментария.
— Ань, ты будешь ходить со мной! — настояла она, пригрозив мне своим указательным пальцем. С таким сложно было совладать.
— Да, конечно, — улыбнулась я, оборонительно выставив перед ней свои открытые ладони. — Ну, а что же с тобой сотворило это лето? Я тебя практически не узнаю. Это неплохо, но…
— Я говорила тебе уже, что мои родители живут отдельно? На этот раз большую часть своего времени я прибывала с мамой. Отдалась ей полностью с руками и ногами! В общем, слушай…
История Нии была мне не совсем понятна. Отношение в ее семье были не такими уж «типичным» для меня. Она продолжала не раскрывать передо мной свою видовую принадлежность, ровно, как и более глубокие подробности своей семьи. Все, что оставалось мне известно, так это лишь то, что интерес к процессам биомеханики и инженерии присвоил ей именно отец, а вот мать привнесла в ее жизнь новое принятие себя, с которым лично мне помогала Эрия. Я не винила подругу в ее выборе оставлять в тайне все то, что она не готова была мне рассказать, но родителям Нии, несомненно, что-то мешало жить вместе, и из-за этого «что-то» ей приходилось принимать последствия родительского решения, требовавшего одинакового внимания к себе. Мне даже представить было сложно, что значит делить себя между родителями: у меня была только мама, и то, как стало известно спустя двадцать лет, неродная…
К своему возвращению обратно в Академию в моей подруге, определенно, что-то изменилось. На первый взгляд, меня это устраивало. Порой обстоятельства вынуждают нас менять свои взгляды, продолжительно неприносившие блага и внутреннего удовлетворения. Самое приятное в таких моментах — оставаться готовым к чему-то новому и непривычному, схватывать все налету и принимать любые изменения реальности. Это и случилось с Нией. Думаю, и я могла быть готова к подобным переменам.
С приходом вечера я смирилась с убеждением о том, что никто так и не осмелится разделить с нами общую жилую площадь. А стоило Нии временно оставить меня в комнате, как мое вынужденное уединение наполнилось отвратительным ощущением отрешенности целого мира от меня. Плохие и хорошие воспоминания возникали будто из неоткуда, погружая все внимание в бессмысленное самоедство. До сих пор незабытое энергетическое тепло Райли я иллюзорно ощущала на своем теле в виде тончайших вибраций, щекочуще гулявших под моей кожей. Пальцы привычно касались к подаренному им медальону, который я в порыве ярости уничтожила, стараясь развеять вместе с вещью ту привязанность, что изводила меня из-за дня в день. Ничего не вышло. Казалось, я прочно и безвозвратно приковала себя к лейту. Этого не составило особых усилий однажды, но сколько же сил мне теперь следовало отдать, чтобы, наконец, обрести желанный внутренний покой…