В первый день как такого ужина в Академии не было, поэтому многие, бурно общаясь друг с другом, заполоняли общие кухни в корпусах. При попытке пережить голодное нашествие прибывших учащихся, я с Нией отправились на прогулку по главной аллее. Это оказалось неудачным решением, поскольку, попадая под внимание окружающий, меня бесцеремонно отвлекали своими расспросами, чем было чревато довольствованием времяпровождения с Нией, которой, явно, не нравилось, что некоторые открыто претендовали на ее место. Предполагая продолжение этого нескончаемого потока дружелюбия наших общих знакомых и незнакомых, мы предпочли все же вернуться в корпус и с комфортом разместиться в комнате, дожидаясь появления наших новых соседок. Кстати, об этом Вселенная позаботилась совсем скоро, и перед нами предстала первая из них: миниатюрная девушка с явной худобой, короткими темно-шоколадными волосами и завидными густыми ресницами, разодетая в светлой со складками юбке, темной рубашке, темных босоножках. Сначала она произвела впечатление немного робкой и юной особы.
— Я могу занять эту комнату? — крайне вежливо обратилась она к нам, убрав с лица идеально ровную прядку темных волос и продемонстрировав крупные добрые серо-зеленые глаза. — Остальные уже разобраны на этом этаже.
— Да, выбирай свободную, — миролюбиво отозвалась Ния, указывая на противоположенные от нас кровати.
Я с подругой улыбчиво переглянулись друг на друга, скрыто одобряя между собой вошедшую к нам кандидатуру. Девушка повернулась к нам спиной, с трудом укладывая свой чемодан на ближайшую постель, и тогда я оторопела от очарования ее широких полупрозрачных крыльев, ярче замерцавших при свете ламп.
Моему потрясению не было предела от мысли, что с нами будет проживать самая настоящая фея. Ния не разделила со мной подобного впечатления. Видимо, эта девушка представляла далеко не первый разряд. Так или иначе я была мало просвещена образом жизни фей, хотя точно знала, что они способны применять свои чары на ком только можно. В Академии данный вид — нонсенс, ведь феи принципиально берут за правило передавать приобретенные феями знания исключительно своим потомкам. В этом и заключалось их преимущество перед другими видами, которые поверхностно осведомлены тем, что из себя представляли феи.
— Как твое имя? — поинтересовалась я у нее, и новая соседка отрывчато обернулась.
— Эрика… — тонким голоском произнесла она. — Эрика Ка́ффер. Можете не волноваться по поводу моего вида. Многие избегают встречи с феями. Уверяю вас, что баловство чар — не моя прерогатива.
— Это, прекрасно, — снова заискрилась Ния, и в дверь раздались громкие стуки.
Все дружно обратили внимание на открывшуюся входную дверь, за которой появилась невысокая блондинка в свободном повседневном костюме темно-зеленого цвета. Она отличалась примечательно заостренными ушами и завораживающими травянистого цвета глазами.
— Всем привет! Я — Лира Глэ́длер. Я выяснила, что здесь еще остались свободные места… О, как раз вижу последнее… В этом году поступивших в Академию в несколько раз больше, чем за несколько лет. Вот так повезло, — бойко сказала она, села на последнюю свободную кровать, стаявшую ближе к выходу, и оценивающе взглянула на нас. Невысокий рост, форма ее вытянутых ушей и слегка удлиненного узкого носа вполне указывали на то, что Лира могла отнестись к эльфам. Внешне она выглядела безобидно: спортивное телосложение, выгоревшие светлые волосы, раздвоенная челка и темные слегка застроенные брови.
— Я — Эрика, — тихо отозвалась скромняшка-фея.
— Ния и Аня, — сказала подруга, следом указывая на меня.
Задержав на мне свое внимание, блондинка поменялась в лице до восторгающегося состояния.
— Мои Духи! Не могу в это поверить... Я стану жить с самой элементалью Духа! Вот это удача!
— Спокойнее, Лира, — стесненно настояла я, стараясь унять ее эмоциональный пыл. — Я — такая же ученица, как и все мы.
— Да-да, нужно срочно успокоиться! — согласилась она, не сводя с лица свой восторг.
— Раз вы решили посилиться вместе с нами, придется следовать некоторым установками, — уверенно завела свою речь Ния. Даже я как-то напряглась от той твердости, с которой она начала говорить. И убедившись с тем, что Эрия и Лира готовы были ее выслушать, Варетти приступила к оглашению своего списка вполне адекватных себе «установок». Новые соседки согласно кивали тому, что требовала от них моя подруга. По их взглядам трудно было определить пожалели ли они о своем выборе остаться с нами или же нет... По крайней мере, я могла быть убеждена, что они сохранят в неведении от окружающих все важное, что смогут услышать или увидеть в нашей комнате, ведь Ния прекрасно понимала, что со мной может произойти все, что угодно.