Несмотря на происходившим всюду маскарад, нам с Нией изредка попадались люди, в основном — учащиеся Академии, которые также, как и мы, встречали друг друга с тайной улыбкой. Затерявшись в поисках чего-то нового для себя, мы забрели далеко от центральной площади. Я старалась вести Нию теми путями, которые бы не напомнили мне о файре. Единственное, что теперь могло меня волновать в Тренте, отчасти связано с моей прошлой жизнью — эта Мария — женщина, заботившаяся обо мне с детства, и мой наставник-маг — Александр.
— Ний, как думаешь, Даяна уже простила меня? — все не успокоилась я, продолжая ощущать на себе вину за произошедшее на озере Блюридж.
— Мы же это обсуждали. Она все понимает.
— Этого я как раз-таки и не понимаю. На меня еще чаще стали смотреть с таким... осуждающим взглядом.
— Это все из-за того признания, — прямо напомнила она. — Я тебя предупреждала об этом, помнишь?
— Ты никак не можешь простить то, что я публично отнесла себя к найтам?
— Публично, Аня! — с негодованием указала она. — Вот именно! Публично!
— Знай, я не жалею о содеянном, — вполне спокойно ответила я.
— Там… что? — остановилась подруга, с особым стремлением уставившись на соседнюю улицу. — Фаривен?
Я заинтересованно перевела взгляд туда, куда указала ее ладонь. В нескольких десятках метров от нас стояла заместительница дневных классов. Она была одета в том длинном темно-фиолетовом одеянии, в котором она сопровождала всех входящих в портал. Я поздно сообразила, что мы забрели в жилой район, где располагались частные владения, отделяемые друг от друга проезжей частью и тротуарами, огражденными высокими кустами. Я впечатлилась тем, что Нии вообще удалось заметить ее.
Появление Татьяны на Земле раздавалось в моей голове трезвонящими вопросами. Заместительница разговаривала с невысоким крупным мужчиной на противоположной от нас стороне дороги. Мне стало дико любопытно, что мог утаивать в этом месте такой представитель администрации Мировой Академии, как Татьяна Фаривен. Ния тактично притаилась вместе со мной, наблюдая из-за кустов за эмоциально разгоревшимся диалогом между ними. Возгласы Татьяны не доносились до нас. Суть их разговора так и осталось для нас с Нией загадкой. Все что мы могли, так это лишь смотреть за тем незнакомцем, которой оборонительно размахивал руками перед Фаривен. То, что мы делали, в какой-то момент превратилось в сомнительное мероприятие, и я даже подумывала над тем, чтобы оставить их в покое и пойти дальше. Каждый имел право на свою частную жизнь.
— Интересно, о чем они так «мило» беседуют? — подумала подруга, в которой так и исходила та заинтересованность, которая могла быть присуща только мне. — Никогда еще не видела кого-либо из состава администрации на Земле. Обычно все остаются в Академии. Что они могут обсуждать в этом безлюдном месте?
— Им разве не положено быть здесь?
— Об этом точно я ничего не знаю. На моей практике я вижу такое впервые. Надо будет спросить Даяну. Она все про всех знает.
Заместительница аккуратно увела собеседника дальше от тротуара. Мы могли узреть лишь еле приглядные черные силуэты от неудачной освещаемости уличных фонарей. Их бурное общение сменилось на сопротивление мало похожее на борьбу, но результате их диалога Фаривен непредсказуемо ударила своего оппонента, и тот бездвижно рухнул на землю. В ее руке определенно что-то было. В тот момент я совершенно не могла разобрать, что мне приходилось чувствовать: испуг, негодование или же опасность.
Ния громко вздохнула, выводя меня из внезапного оцепенения, а затем крепко вцепилась в мою руку, когда Татьяна ступила на проезжую часть, двигаясь прямо навстречу нам.
— Она-она идет сюда…
— Тише! За мной, — среагировала я и живо потащила ее за локоть.
Мы забрели за угол свободного пространства между частными секторами, огороженными высокими заборами. Места там было мало, но достаточно, чтобы укрыться под тенью ночи. Плохо освещаемая улица также лишала возможности Фаривен увидеть нас. Все, что нам оставалось, так это тихо ожидать того, что дальше станет делать заместительница.
Татьяна быстрым шагом двигалась по нашей стороне тротуара. Ее шаги звонко отбивали специально выложенный асфальт, позволяя нам оценить расстояние между нами. Она шла достаточно стремительно, что гарантировало нашу безучастность, но тут до нас донеслось зловещее рычание сторожевого пса, учуявшего наше присутствие у охраняемой им территории, огороженной забором. Волна мурашек отрезвляюще прошлась по всему моему телу. Ния в испуге больно сдавила мое предплечье.