— Готова завтра вернуться в Академию? — раздался за спиной уверенный голос Эрии.
Я резко обернулась, запоздало уловив ее присутствие. Магическая сверхэнергия Эрии ярко воспринялась на моей коже, подтверждая ее недавнее возвращение.
— Да… Жду не дождусь, — довольно согласилась я и взглянула в спокойный ярко-голубой взор директрисы.
После открытия себя миру она не изменяла тех предпочтений во внешности, когда представлялась загадочной Фризой Дэвис, скрывавшей свое лицо под огромной шляпой, которую она подбирала в тон своего закрытого длинного наряда. При всем этом окружение вокруг нее существенно поменяло свое отношение к ней. Это я, точно, могла сказать об учащихся. Малейшая негативная оценка в адрес директрисы негласно табуировалась. От этого мне было гораздо легче, поскольку после ритуала-отмены какое-то время мне приходилось защищать репутацию Эрии от излишней критики, которая редка заканчивалась миром.
— Завтра я приду за тобой ко второй половине дня, — мягко уточнила она. — Будь к этому времени готова.
— Хорошо, — радостно улыбнулась я.
— Мне пора в Академию. Вернусь позже обычного. Не скучай.
— Не буду, — с воодушевлением ответила я, после чего Эрия мило улыбнулась и исчезла, оставляя после себя легкий лиловый дымок, сразу же рассеявшийся в воздухе. Вот так я и оставалась одна. Одна в замечательном особняке, в котором все не чаяла души.
Последующие остатки моего дня проходили в раздумьях о том, как же теперь могла сложиться моя предстоящая жизнь в Академии. В глубине души я оставалась все тем же отшельником, медленно, но верно постигающим границы коронского мироздания. Я не знала наверняка, каким факультетом мне стоило себя обеспечить и каким будущем одарить.
Движение впереди моментально оборвало ход моих дальнейших мыслей, и я уже смотрела, как шагавший ко мне блудник нес в своих зубах небольшой кусок плотной бумаги. За это лето мой любимец наглядно изменился: стал крупнее, тяжелее и грязнее после своих суточных прогулок под открытым небом, не изменяя своих привычек, с которыми рос на моих глазах с того самого момента, когда я выкупила его в четырехмесячном возрасте на городской ярмарке.
Запрыгивая ко мне на диван, День невнятно пробубнил, еще не успевая разжать челюсть от загадочной ноши:
— Смотри, что я нашел.
— Что это? — тут же покосилась я на заманчивое изображение. — И где ты вообще это взял? Ты не должен рыться в чужих вещах. Напомню, мы здесь не живем, а гостим.
— Да-да… Ты вместо того, чтобы возмущаться, почему я весь в тебя, взглянула бы на тех, кто там изображен. Думаю, тебе будет интересно узнать…
— Узнать, что? — задала я вопрос и пригляделась к фотографии, на которой была изображена Эрия, стоявшая в объятии темноволосого и хорошо сложенного мужчины на заднем плане Академии, показавшейся мне немного другой. Недостроенной.
— …что у нее был ребенок, — ответил он, и это не могло не заинтересовать меня. Рассмотрев фотографию повнимательней, я заметила полуслепую кроху, замотанную в лиловую ткань, которая была достаточно заслонена между парой, но кот явно не знал меры. — Или есть уже.
— И что? — с долей ревности процедила я и отпрянула от себя фотографию. — Меня это не касается. Ровно, как и тебя. Верни ее на место или… Нет. Я сама это сделаю. Где ты ее достал?
Я проследила за вольно расположившимся напротив котом. Его бесстыжая белая мордашка недовольно надулась.
— Где же твоя любознательность? — обделено произнес он, развернулся и подался обратно в коридор.
— Глубоко зарыта от греха подальше! — крикнула я ему вслед.
— Сочувствую! — воскликнул он, и образ того, куда он направлялся, резко вспыхнул у меня в голове, напоминая об Эвэ́я. Она была нимфой Животного мира, одной из участников Древнего Круга, которые бесконтрольно врывались в мою жизнь с неясной частотой. Элементаль Духа знала все, что я хотела бы знать, и таким образом предоставляла мне малейшую возможность реализовать задуманное, которое могло только взбрести в голову. Где-то это сходило мне с рук, а где-то совершенно сбивало с толку.
— А ну СТОЯТЬ!
Наглец шустро ринулся вперед. Я поспешно материализовалась в другой части дома, в которой находился неприступный подвал. День появился передо мной на повороте и, совершенно не ожидая моего скорого появления, в испуге подпрыгнул на месте. С усмешкой на лице я скрестила руки и лениво навалилась на стену, следя за продолжением этого представления. Как ни в чем небывало, мой благоверный прижал свой белый хвост к полу и стал гипнотизировать взглядом дверную ручку.