– Тук-тук-тук, – известила я о себе, заходя в кабинет. – Помешала?
Марина поднесла руку ко лбу, потерла его подушечками пальцев над толстой оправой и кивнула в знак приветствия.
– Знакомьтесь, Александр Борисович, – произнесла она усталым голосом. – Инесса Свиридова, автор работ «Рассвет в городе» и «Туман». Инесса, это Александр Борисович Эристави, наш любимый клиент.
При слове «любимый» Марина многозначительно приподняла брови, и вмиг стало понятно, что бойцовский дух из нее никуда не исчез. Александр протянул мне руку и дружески улыбнулся.
– Никак не получается прийти с Мариной к согласию!
Затем развел руками, словно извиняясь за громкий спор.
– Александр Борисович, – произнесла я, – Грабовский вам действительно ничего за неделю не напишет. И за месяц не напишет – он в запое!
Эристави весело присвистнул.
– Вот оно что!
– Творческий человек! – улыбнулась я. – Его работы потому и наперечет, что редко пишет. Но я точно знаю, у Марины выставляются как минимум двое художников, чьи картины можно прекрасно сочетать с городскими пейзажами Саши Грабовского.
– Ну вот что, Марина, – произнес Александр, помолчав, – давайте так: Бог с этим Грабовским, пусть будет что-то похожее. Но с одним условием. Выбором и последующей развеской картин будет руководить Инесса.
В кабинете повисла тишина. Марина посылала мне красноречивые взгляды, опять поднимала брови и одними губами шептала: «Ну?».
А я улыбалась, уже зная, что соглашусь.
Глава 6
В тот день мы вместе поужинали в «Саперави» – модном грузинском ресторане. Александр был грузином на четверть: его дед по линии отца приехал в наш город по работе. Остался, женился и вот – передал внуку колоритный профиль и звучную фамилию, да еще, пожалуй, природное обаяние жителей кавказских гор.
Отдав должное харчо и хачапури, мы сидели друг напротив друга, приканчивая бутылку того самого вина, в честь которого называлось заведение.
– Расскажите о своей работе, – попросил Александр.
– Вам интересно?
– Конечно интересно, Инесса! – воскликнул он. – Мне все интересно, что с вами связано! Вы много работаете?
– Я много работаю, – ответила я, стараясь придать голосу серьезность. – Иногда и по ночам приходится. Но, знаете, мы, художники, всегда сами решаем, когда остановиться.
– Как заманчиво! – лукаво улыбнулся он. – И как – получается?
– Что – получается?
– Вовремя останавливаться.
Я хихикнула, чувствуя, как вино разливается внутри волшебным нектаром.
– Чаще да.
– А глаза? – снова спросил он. – Не устают, когда работаете по ночам?
– Устают, конечно. Но что поделаешь?
Он пристально посмотрел на меня и в этот момент мы, наверное, оба поняли, что произойдет дальше. Он был очень хорош, а я была свободна и очарована его уверенностью, успехом в жизни, привлекательной внешностью.
Проснулась я у Эристави в квартире. Александр сварил кофе, потом отвез меня домой, пообещав вернуться через два часа, чтобы показать клуб, где требовалась развеска. И надо сказать, работу свою я выполнила на отлично! Интерьер получился сногсшибательным. В этом, несомненно, была большая заслуга дизайнера, но картины вписывались безупречно и добавляли шика и элегантности этому роскошному месту.
Когда через месяц заведение принимало первых гостей, наш роман был в самом разгаре.
В день открытия меня в клубе не было, хотя вечеринка была грандиозная. Все наше дворянство слетелось посмотреть, что же такое необыкновенное приготовили в новом «Кие». Шампанское лилось рекой, все фото – исключительно на входе. Журналистов внутрь не пустили, гостей просили оставить телефоны в гардеробе.