- Но я полностью здорова, я всё рассказала как есть, это всё полное недоразумение.
- Мы это выясним.
- Я раньше не наблюдалась у психиатров, вы можете проверить.
- Уже проверили. Знаете, психические болезни могут проявится в любом возрасте и как правило больные запускают свои недуги до последней стадии, не обращаются в поликлинику до последнего.
- Значит мне ждать три дня?
- Да. Мы вас обследуем, возьмём анализы.
- Всё это время я буду в этой одиночной палате?
- Да, мы должны быть уверены, что вы не представляете угрозу себе и окружающим. И вы не одна, а под присмотром Сары, а после обеда можете погулять на свежем воздухе.
- Мне вернут телефон?
- Нет.
- В этой одиночной палате как в тюрьме. - Жалким голосом причитала Инесса. - Тут можно сойти с ума даже нормальному человеку.
- Посмотрите TV. - Врач поднял глаза к верху, тем самым указывая на висевший под потолком маленький телевизор.
Инесса хотела сказать ему что именно от просмотра TV и становятся психонутыми, но умолчала.
- Я не смотрю TV, можно мне какую-нибудь литературу и бумагу с ручкой.
- Я попробую это устроить для вас. - Сказал доктор и вышел.
Осознание того, что она находится в неволе, сильно нервировало её, хуже ситуации она и представить себе не могла, к тому же, её дочь уехала в Россию, и теперь она утратила тот единственный шанц на решение своих проблем. Если ситуация с психушкой разрешится через три дня, то что ей делать дальше в этой незнакомой стране, без средств к существованию и крыши над головой. Инессе сразу вспомнились американские бомжи, которых здесь было неимоверное количество, она вообще ни в одной стране мира не видала такого огромного количества бездомных и теперь её разум рисовал картину, как она пополнит эту армию бомжей, и та квартира, в которой ей приходилось спать на полу, покажется раем. Настроение становилось очень плохим, можно сказать, что она впала в депрессию.
Она лежала в своей палате с включенным для фона телевизором и страдала от всего происходящего, а ещё больше от своих негативных мыслей. От еды и прогулки на улице она отказалась и погрузилась в отчаянье.
Ближе к вечеру, ей принесли тетрадь и обрубок толстого карандаша, какими обычно рисуют дети.
... У меня здесь нет моего макбука и даже телефона, поэтому мне придётся вести дневник как в старые добрые времена - писать на бумаге карандашом. Я уже и не вспомню когда мне приходилось держать в руках пишущий предмет, обычно я держу ручку только для того, что бы поставить дату и закорючку подписи на документе, а сейчас мне приходится писать целые предложения. Подчерк корявый, но если писать не быстро, то очень даже ничего, мои пальцы не поспевают за мыслью, поэтому приходится писать быстро и не разборчиво.
Всё, что со мной происходит, кажется какой-то немыслицей, вчера примерно в это же время, я сидела на веранде дома моей дочери, а сейчас, мне даже стыдно об этом писать - в психушке. Я сижу в тесной палате для одиночек, ко мне представлен надзиратель в виде какой-то противной тётки, по ней видно что я для неё психонутая девка, способная в любую минуту поубивать тут всех. В палате нет окон, нет туалета и меня каждый час пытаются напичкать таблетками, что самое страшное, мне приходится эти таблетки пить, они просят показать пустой рот, если я не выпью. От таблеток мне становится не по себе, в голове туман, мысли не могут концентрироваться и сильно хочется спать, но заснуть я почему-то не могу, от чего мне очень плохо, вот я пишу эти строки и у меня всё расплывается перед глазами. Когда я попросилась в туалет, то меня вели по длинному коридору из таких же палат, как моя, кругом было очень тихо, видимо пациенты либо спят, либо как я прибывают в полусознательном состоянии.
Мне очень страшно, боюсь что таблетки заделают из меня настоящую дурочку, мне страшно, что я не могу здраво размышлять, мне страшно от того, что я не знаю что будет дальше.
13.03.2018 Виргиния.
На следующий день, Инесса всё же поела и не стала отказываться от прогулки на свежем воздухе, тесные стены стали для неё невыносимо омерзительными. Оказавшись на улице, она могла посмотреть на здание больницы при свете дня. Больница по всей видимости была очень старой, архитектура здания походила на постройку девятнадцатого века, вокруг которой раскинулся большой, зелёный парк с вековыми деревьями.
Инесса в сопровождении Сары прогуливалась по парку, как оказалось, в глубине парка находится система прудов, в которых плавают утки и даже лебеди, Инессе очень понравилось в парке, она присела на лавку, погода стояла хорошая, ветер казался свежим как никогда.