Максим постоял на месте несколько минут, глядя невидящим взором в пустоту перед собой. Затем отвернулся и медленно побрел в сторону города, над которым уже виднелась пока еще неясная дымка неумолимо приближающегося пожара.
Прошел час, а Макс все не появлялся. Налетавший порывами ветер доносил до путников пока еще смутный, но явно приближавшийся запах пожара. Антон несколько минут спустя уже почувствовал ухудшение самочувствия. Ему оставалось надеяться, что это было вызвано просто ослабленностью организма от потери крови. Однако как врач он продолжал опасаться заражения крови. В настоящее время это стало бы неразрешимой проблемой. Без антибиотиков они были бессильны.
Спустя еще полчаса он почувствовал, что у него сильно подскочила температура. Перед глазами все поплыло, и Антон оперся на багажник машины, чтобы не упасть. Резкое изменение состояния не укрылось от внимательного взгляда Ольги. Она подошла и пристально посмотрела на него.
— Ты себя нормально чувствуешь?
— Нормально, — соврал он.
— Что-то не похоже, — Ольга снова окинула его внимательным взором и отошла к Кате, с которой они тут же о чем-то оживленно зашептались, попеременно оглядываясь на него.
— Я правда в порядке, — Антон попытался улыбнуться. — По крайней мере, пока. Сейчас дождемся Макса и пора двигаться дальше. Я подумал, что это ваша машина, возле которой я вас увидел с утра…
— Да, наша. Но толку от нее никакого. Бензин на нуле, а автоматы на заправке не работают…
— Мы вчера ходили на заправку, — Егор так неожиданно вышел из-за дерева, что Антон чуть не подпрыгнул от неожиданности, — и нашли резервуар, полный горючего. Там, правда, крышка была неподъемная, но нам с Максом вдвоем удалось ее приподнять. Не знаю, где он сейчас… А вот и он.
Максим появился в их поле зрения, неся в руке канистру. Видя удивление на лицах всех присутствующих, он пояснил:
— Я тут мимо заправки проходил и решил, что нам понадобится бензин. Вот и набрал…
Катя подскочила к нему, обняла и звонко чмокнула в щеку, отчего у него на лице отразилось неприкрытое удивление. Он направился к машине, пока остальные собирали вещи. Заправив машину с помощью воронки, взятой в багажнике, Максим отбросил не нужную больше канистру и подошел к Антону.
— Я тут подумал, что негоже нам оставлять без внимания твою рану. Конечно, ты у нас врач, поэтому тебе лучше знать, что из этого подойдет… Я взял все подряд с полки, на которой были антибиотики. В первый раз совсем забыл про это. Что-нибудь подойдет?
Антон внимательно смотрел на названия, с трудом различая их затуманенным взором. Температура продолжала повышаться, и голова казалась странно чужой. Наконец, ему удалось отобрать несколько коробок. Отломив с пластинки из одной из них пару таблеток, проглотил их, запив водой и убрал таблетки в свой походный рюкзак, любезно принесенный ему Егором.
— Нам надо двигаться. Макс, ты был в городе. Что там?
— Полно дыма. Часть города в огне, оттуда постоянно доносится звон лопающихся от огня стекол в окнах. Там сейчас этому вселенскому пожару еды предостаточно, но нам не стоит задерживаться. Если ветер не переменится, через два-три часа здесь все будет в дыму.
— Тогда нам пора. Девчата, вы все вещи погрузили в машину? Вещи? Оружие?
— Не беспокойся, — Ольга повернулась к нему, — мы все собрали. Можем ехать.
Максим долгим задумчивым взглядом смотрел на город, с улиц которого уже начали выползать первые лоскуты дыма. Затем он обернулся и кивнул, обращаясь ко всем сразу:
— Как сказал один известный исторический персонаж, «поехали». Крис, ко мне.
На фоне заходящего солнца они покинули поляну перед заправкой, трое парней, две девушки, один ребенок и собака. Все загрузились в машину и Макс повернул ключ в зажигании. Движок «Х5» прокашлялся, пробуя бензин на вкус, и через секунду заревел ровно и мощно.
— Ребята, в путь.
Внезапно Даша соскочила с сиденья и открыв дверь машины выскочила наружу. Егор хотел кинуться за ней, но Ольга положила ему руку на плечо, останавливая, словно уже догадалась, куда направлялся ребенок. Даша сорвала придорожный лютик, непонятным образом разглядев его в дорожной пыли, а потом подбежала к могиле Филиппа и бросила цветок у самодельного креста. Через минуту она вновь вернулась к машине.
Егор вылез наружу и опустился перед девочкой на колени. Она спрятала лицо у него на плече, и детские слезы оросили его куртку. Подождав, пока их поток иссякнет, он поднял Дашу на руки и помог залезть в салон автомобиля, усевшись следом за ней.